Кодекс чести: принципы и ценности бойцов 810-й гвардейской отдельной бригады морской пехоты

Замполит «Истина»: Мотивировать бойца можно только личным примером

Сегодня, когда наконец-то курское приграничье практически очищено от нацистской погани, можно оценить подвиги авторов этой трудной и славной победы. Конечно же, одна из главнейших ролей на Курском театре военных действий с самых первых дней бандеровского вторжения досталась гвардейской отдельной орденов Жукова и  Ушакова 810-ой бригаде морской пехоты Черноморского флота. Не случайно недавно комбриг Герой России, гвардии генерал-майор Олег Власов лично докладывал главе государства о ходе боевых действий в Судже. А в родном Севастополе братишек-морпехов просто обожают. Наш корреспондент встретился и побеседовал с заместителем командира соединения по военно-политической работе подполковником с символическим позывным «Истина».

В этой бригаде, где каждый человек, как влитой, на своем месте, трудно представить другого замполита. Подполковник Иван «Истина» — последовательный, искренний, идейный человек, про таких ещё говорят «соль земли русской». Прошёл с бригадой все военные конфликты последних десятилетий. До того, как в конце 2022 года возглавить военно-политическую работу в соединении, был замкомбрига. Стало меньше боевой работы? Нисколько. Четыре ранения и четыре же ордена Мужества за время СВО – тому свидетельство. На видеоматериале с налобной «гоупрошки» Ивана можно смонтировать реальный военный экшн, крутости которого позавидует Голливуд. Взрывы, жесткие огневые контакты с врагом на расстоянии броска гранаты, эвакуация раненных под обстрелами, жалобно хныкающие всушники с поднятыми руками… Мой разговор с Иваном в городе воинской славы Севастополе был долгим и откровенным. Жаль, не все темы можно выносить сегодня в СМИ, но главная мысль беседы, мне кажется, очевидна – «Русское христолюбивое воинство непобедимо».   

— Все наши ребята молодцы, настоящие герои — и штурмовики, и артиллеристы, и дроноводы, и группы эвакуации… Но я бы хотел отметить отдельно заслуги моих замполитов. Меня корежит от того, что до сих пор иногда слышу от некоторых деятелей мнение, что замполит – это такой штабной бумажный червь, который сидит глубоко в тылу, отрабатывает документы и на передке носа не кажет, — со всей прямотой признается «Истина».

— Я встречал в сводках цифры – около двух десятков «трехсотых» разной степени тяжести среди замов по военно-политической в 810-ой бригаде за время Курской операции…

— К сожалению, есть и погибшие. Логистика, обоз, подвоз, эвакуация раненых, отправка «двухсотых» домой, связь с родственниками, разбор жалоб по выплатам, учёт личного состава и даже информационное обеспечение, сопровождение военкоров на ЛБС — все это на нас. Помимо этого, нужно ещё людей мотивировать на выполнение задач. И только личным примером, иначе никак. А в случае гибели или ранения командира, замполит должен подменить его на поле боя, что бывало неоднократно. Да я и сам был в такой ситуации, выполнить задачу нужно было любой ценой.

…Был случай на Курщине, людей не хватало, и «Истине» пришлось собрать группу из восьми политруков и пойти на штурм врага. В том, что боевые замполиты 810-ой – героические парни, ни у кого в бригаде и далеко за её пределами сомнений не вызывает. Тем более, если учесть, что вчерашние подчиненные «Истины», ставшие комбатами — «Сокол», «Гравер» и «Ява», представлены к высшей награде за подвиги на Курской земле. 

— Откуда в бригаду приходят замполиты? Или вы их сами готовите?

— Раньше к нам распределялись выпускники военных университетов соответствующих специальностей. Сейчас в основном готовим сами, из числа наиболее подготовленных бойцов. Те, у кого есть госнаграды или высшее образование, с назначением на должность получают и первые офицерские звания. Из тех, кто в боях прошёл путь от матроса до офицера получаются отличные и командиры взводов, рот, батальонов, и заместители по военно-политической. Например, «Листок» ещё каких-то четыре года назад был рядовым матросом, сейчас уже заместитель командира батальона. При этом, кавалер трех орденов Мужества. Или «Конан» — был матросом, проявил себя – недавно получил лейтенанта, сейчас командир роты. Замполит роты «Змей» — также вчерашний матрос. И таких удачных примеров масса. Ребята знают всю подноготную службу изнутри, поэтому могут грамотно управлять и найти подход к каждому. Бойцы их уважают и готовы идти за ними хоть на край света.

— Из каких категорий состоит личный состав бригады?

— Состав разношерстный – и по возрасту и по географии. Есть и мобилизованные, и контрактники-добровольцы, в ППД служат срочники, их не направляют в зону СВО. Но абсолютно всех объединяет патриотизм, стремление защитить Родину и победить, узы товарищества. Те, кто внутренне не разделяют эти ценности, не задерживаются в коллективе. Поэтому у нас очень сплоченные подразделения. Своих никогда не бросаем. В любом, самом лютом бою, несмотря на риск самим попасть под удар, всегда парни прилагают максимум усилий, чтобы эвакуировать раненных, убитых. Это стало визитной карточкой бригады и на Херсонском, и на Запорожском направлении, и в Авдеевке, и в Курской области.

— Действительно, ты сейчас перечислил все самые горячие участки фронта спецоперации. Пожалуй, этот список стоит дополнить боями за Мариуполь и Бахмут, в которых также участвовала 810-ая. И всегда бригада показывала максимальную эффективность и слаженность. Не случайно, именно вас срочно перебросили из-под Авдеевки в курское приграничье, когда понадобилось срочно купировать вторжение хохлов. В чём секрет успеха? Особая боевая подготовка, тщательный отбор людей или что-то ещё?

Вначале августа менее суток понадобилось морпехам для стремительного марш-броска с авдеевского направления в Курскую область и организации командного пункта. И сразу в бой. Ночью в лесу отправили к Бандере многочисленные вражеские ДРГ. Утром, уже у одного из населёнников, правда, поняли, что оказались в окружение, но не дрогнули и со всем «морпеховским гостеприимством» встретили колонну вооруженной до зубов элитной 82-ой десантно-штурмовой бригады ВСУ. Нацики двигались через Ольговку и Льгов к Курчатову для захвата АЭС. Не нужно обладать бурным воображением, чтобы представить к каким тяжелейшим последствиям могла привести реализация этих планов. В итоге, вся эта тщательно разработанная англо-саксонскими стратегами операция разбилась вдребезги о героизм севастопольских братишек.

— Комплектование штатов у нас такое же, как и везде. Приходят парни с гражданки, обучаем, формируем воинские коллективы. Отличие, наверное, в том, что наша бригада всегда в движении. Не сидим в обороне. Десантно-штурмовые батальоны всегда наступают. Иногда банально некогда отвезти бойцов на полигоны в тыловой район – проводим импровизированные тренировки прямо в ходе боя. Взяли опорник, тут же на месте по элементам отработали весь процесс. Здесь и «птички» вражеские летают и арта бьёт – обстановка занятий не приближенная к боевой, а боевая и есть. Конечно же, я сейчас говорю не о начальной подготовке новобранцев, речь идет о совершенствовании навыков уже обстрелянных бойцов.

— Что можешь сказать о боевой подготовке противника?

— Пиара больше, чем реальных достижений. В Курской области мы отбивали 82 бригаду ВСУ, которая у них считается элитной. Они заходили нашпигованные натовским вооружением, техникой, экипировкой. У каждого второго — диплом о подготовке в Англии, Румынии, Польше, Германии. Эти дипломы и сертификаты в красивых рамочках у нас в музее бригады теперь экспонируются. Много было и наёмников – поляки, французы, колумбийцы… Мы как-то двенадцать бриттов с шевронами SAS (Special Air Service — специальная авиадесантная или авиационная служба — специальное формирование вооружённых сил Великобритании — прим.ред.)  задвухсотили – и это только в одном из боев.

Все эти вторгшиеся на нашу землю войска очень нахально себя вели по началу. Было видно, что им команду дали произвести как можно больше разрушений и убить гражданских. Расстреливали мирных жителей, танки целенаправленно складывали дома, переезжали машины. Они были уверены, что дойдут до Курчатова без особых препятствий. Но на пути у них встали обычные русские ребята с геном победителей в крови. И никакие резервы хохлам не помогли. Итог известен: кто не сдался, остались в Курской земле навсегда. 

Да и сколько вообще было таких эпизодов, не сосчитать. Вспомнить хотя бы героическую историю с недельной обороной здания городской администрации Суджи, которую держала рота морпехов во главе с командиром с позывным «Буня». Когда у фактически окруженных парней кончились патроны они чудом, под покровом тумана, смогли выйти сами и вывести мирных жителей.

— А за что они вообще воюют, почему до сих пор массово не сдаются?

— Среди них есть, конечно, наглухо отбитые нацистские отморозки, и их немало. Но основная масса – запуганные жертвы ТЦКашников. Заградотряды, показательные расстрелы провинившихся по любому поводу – это обычная практика ВСУ. Командиры запросто шантажируют солдат и угрожают им расправами над родственниками. Эти ужасы нам пленные постоянно рассказывают. Я встречал тех из них, кто на нашу сторону переходили воевать. У одного парня жена сбежала в Польшу, его бросила, оставила с кучей кредитов. ТЦКашники выловили на улице, всучили автомат, отправили в атаку. Он принял правильное решение – не стал безвольной тряпкой – сдался и сейчас вместе с нами очищает родную землю Новороссии от нацистской нечисти. Я думаю, это отличный пример для всех всушников.

— Возможно ли завершить войну дипломатическими усилиями, и как долго продлится в народе вражда между великороссами и малороссами?

— Я думаю, Украиной правит нацистская, вскормленная русофобским западом верхушка, которая изначально «заточена» на войну с Россией до последнего украинца. Пока мы не отрубим все головы этой гидры, война не остановится. Ну а обычные люди, даже самые озлобленные, как и во все времена хотят просто жить, работать, строить дома, воспитывать детей. Мало кто будет готов сделать месть смыслом жизни. Как только в Киеве сменится власть, и будет выключена эта машина оголтелой пропаганды, вражда быстро затухнет, тем более, генетически мы один народ, у нас общая история, Вера, язык. 

— На твой взгляд, какие уроки спецоперации необходимо учесть нашим Вооруженным Силам для успешного развития в будущем?  

— Развитие беспилотников самых разных типов, РЭБ, РЭР должно стать приоритетным направлением. Ввести штатные должности операторов БПЛА и рэбовцев в каждом подразделении. Организовать технические лаборатории.

Нужно создать современную систему логистики боя, продумать новые средства доставки грузов и людей на ЛБС. Если раньше можно было задействовать технику, то теперь приходится назначать точки для выгрузки боекомплекта или провизии и переносить на плечах, а это долго и опасно.

В ходе спецоперации на многих участках фронта вражеские ДРГ стали ощутимой проблемой. Диверсанты переодеваются в нашу форму, прекрасно разговаривают на русском языке. Нужно систематизировать успешный опыт их ликвидации и распространить его в войсках.

Ну и конечно, надо совершенствовать связь, вводить автоматизированные системы управления боем, во многом переосмыслить вопросы организации взаимодействия разнородных подразделений на одном участке фронта.

— Сейчас, после освобождения Суджи, будет активизирована работа по увековечиванию памяти о подвигах бригады?

— Да, такая работа, безусловно, проводится. Павших ребят уже не вернуть. Мира и терпения их родным и близким. И конечно, необходимо обеспечить их всеобъемлющую поддержку со стороны государства. С этого, наверное, и должна начинаться работа по увековечиванию подвигов.

Все заслуженные награды должны найти своих героев. В ходе интенсивных боевых действий наши бойцы каждый день совершали подвиги, достойные высоких наград. Но бывали моменты, когда, например, ребята уничтожили целую колонну вражескую. Мы подали на Героя наводчика башенного пулемета, водителя. Но они после боя попали в госпиталь, и их наградили только за ранение, без учёта совершенного подвига. И подобных случаев немало.

— А тебя ждёт скорое повышение в должности, возможно, перевод в Москву?

— Мне этого совсем не нужно. Для меня бригада это вторая семья, жена даже ревнует, хоть и относится с пониманием. Тут ребята, с которыми я прошёл и огонь и воду. Каждый раз после тяжелых ранений я возвращался в строй, даже мысли не было комиссоваться. Выполним все поставленные задачи, тогда можно будет подумать о мирной жизни. Смогу наконец-то семье должное внимание уделить. Может быть, пойду преподавать в кадетский корпус, который когда-то сам закончил. Мне есть что рассказать мальчишкам.  

Источник: argumenti.ru