Инновации вышли боком

Задержание сразу трёх заместителей руководителя ООО «УК «Роснано» широко обсуждалось в январе 2025 года. Хотя возбуждённое уголовное дело трудно назвать «коррупционным»: топ-менеджеров обвиняют даже не воровстве, а в «искажении сведений о финансовом положении». То есть они завышали успехи компании и принижали её проблемы, чтобы не потерять благосклонность государства. Поскольку такое обвинение можно предъявить многим руководителям госкорпораций, для многих задержания выглядят как подкоп под экс-главу «Роснано» Анатолия Чубайса. Хотя тот несколько лет не занимает значимых постов и живёт за границей.

Прилёт нормальный

Бывших замов Чубайса задержали практически одновременно в их московских квартирах. Никто из них на тех должностях уже не работал. Тогдашний исполнительный директор Борис Подольский к моменту звонка в дверь был безработным. Некогда управляющий директор «Роснано» по финансам Артур Галстян числился финансовым директором в дочерней компании уже другой госкорпорации. Только директор по методологии учёта, налогообложению и отчётности Марина Касенкова продолжала работать в «Роснано», но уже в должности обычного начальника отдела. Задержанных доставили в следственный департамент МВД и отправили под арест – пока на два месяца.

Днём ранее полицейские с подачи нового топ-менеджмента «Роснано» возбудили уголовное дело о злоупотреблениях должностными полномочиями, повлёкшими тяжкие последствия (ч. 3 ст. 285 УК РФ). Ранее по итогам аудита госкорпорации уже было возбуждено несколько уголовных дел по факту особо крупных мошенничеств и растрат. Ущерб от деятельности команды Чубайса оценили в более 200 млрд рублей. Это аномально крупная сумма для аудиторской проверки: обычно в неё не попадают «покупки сомнительных технологий», ибо относительные категории не подходят для вполне конкретного понятия «прямого ущерба». И вряд ли аудитор может судить о «сомнительности» сделок венчурной компании, созданной для приобретения передовых технологий, которые все поначалу «сомнительны».

Не существует даже единого определения, что считать нанотехнологиями. В словарях путано объясняется, что они включают в себя производство устройств и их компонентов, необходимых для создания, обработки и манипуляции атомами, молекулами и наночастицами. В реальности нанотехнологиями можно назвать любую биохимию или экспериментальную металлургию. Соответственно, и любой проект в этой сфере «сомнителен» априори.

Нано значит нано

Как уже рассказывали «АН», в 2006 г. на волне нефтегазового благополучия Россия бросилась догонять передовые страны. На создание госкорпорации «Роснанотех», позднее превратившейся в «Роснано», не пожалели 200 млрд рублей. Хотя многие учёные сомневались: дескать, для развития нанотехнологий нужен не государственный монстр, а конкурентная среда из сотен научных групп. Но в правительстве царил энтузиазм в предвкушении сытного бюджетного пирога. По прогнозу Минэкономразвития, к 2020 г. стоимость российских высокотехнологичных товаров должна была вдвое перекрыть весь нефтегазовый сектор. А уже к 2015 г. народу были обещаны цветной асфальт, контролирующий скорость движения, и стены, впитывающие и перерабатывающие ядовитые выхлопы.

Однако в 2015-м Анатолий Чубайс сдержанно сообщил, что в портфеле проектов корпорации числится 87 компаний – вот и все чудеса. Тогда же в Интернет попало видео, на котором босс «Роснано» говорит на корпоративе сотрудникам, что с деньгами проблем нет: «Их просто вот совсем много». Так много, что «значит, у нас есть вторая премия помимо первой». С одной стороны, всё по чесноку: планово убыточная «Роснано» в 2015 г. впервые показала прибыль в 8 млрд рублей и выплатила государству повышенные дивиденды. С другой – прибыль образовалась благодаря массированной накачке корпорации бюджетными деньгами. То есть правительство продолжило финансировать проекты «Роснано», хотя первоначально к 2015 г. планировалось отправить госкорпорацию в свободное плавание.

Ещё в 2013 г. от бухгалтерии «Роснано» камня на камне не оставил отчёт Счётной палаты. По словам аудитора СП Сергея Агапцова: ряд сделок, осуществляемых за счёт инвестиций, обладают признаками отмывания и легализации средств, получения необоснованной налоговой выгоды, занижения налогооблагаемого дохода, необоснованного получения возмещения НДС из бюджета при экспортно-импортных операциях. Аудиторы проанализировали некоторые из 155 проектов, финансируемых «Роснано», и признали эффективным только один – производство полимерных плёнок в Татарстане.

Лоббисты «Роснано» возражали: разве плохо, что нефтяные деньги вкладываются в реальные современные производства? Например, в конце 2014 г., несмотря на все санкции и катаклизмы, в Новосибирске заработал завод «Лиотех», выпускающий «аккумуляторы с использованием наноструктурированного катодного материала литий-железо-фосфата». Но вскоре выяснилось, что аккумуляторы оказались нужны только военным, а китайские партнёры поставляют аналогичную продукцию армиям Китая и США.

В другом случае корпорация купила за 5, 5 млрд рублей 5, 5% акций Трубной металлургической компании (ТМК). Стороны собирались модернизировать завод в Свердловской области и выпускать бесшовные трубы для нефтянки. Эксперты тут же обратили внимание, что на момент сделки вся ТМК стоила около 40 млрд, но «Роснано» заплатила за свой пакет, как если бы трубники стоили 100 млрд рублей – то есть в 2, 5 раза больше.

Да о чём говорить, если в 2011 г. Чубайс показал Владимиру Путину гибкий планшет для школьников: дескать, тот может «заменить весь комплект учебников по всем дисциплинам». А вскоре выяснилось, что одна из «портфельных» компаний похитила 13 млрд рублей при создании этого планшета, который так и не довели до ума. А в 14‑миллиардном проекте производства поликремниевых батарей под Иркутском подрядчик потратил почти все полученные деньги на приобретение акций кипрского офшора, который номинально стоил один рубль.

В самом «Роснано» расходы по оплате труда на одного работника выросли с 2007 по 2012 г. с 65 тыс. до 592 тыс. рублей. На «мерседесы» S-класса для «роснановцев» тратили 800–900 тыс. ежемесячно, а сам Анатолий Чубайс с официальным доходом свыше 200 млн стал, вероятно, самым высокооплачиваемым на тот момент руководителем госкомпаний. И за то многим особенно обидно.

По итогам соцопроса ВЦИОМ в декабре 2006 г., Чубайсу не доверяли 77% россиян.

Многие деятели пользуются этим ради самопиара. Когда появились слухи, что чубайсовская «Роснано» претендует на 100 млрд рублей из Фонда национального благосостояния, десятки депутатов Госдумы подписались под обращением расследовать деятельность компании. А сегодня многие требуют вернуть Чубайса из-за границы, судить его за распродажу России и казнить на Лобном месте. Но в нынешнем деле «трёх заместителей» экс-глава «Роснано» никакого процессуального статуса не имеет. Хотя это и может вскоре измениться.

Источник: argumenti.ru