Колымский блин комом

«Колыма, Колыма – чудная планета…» — в этих на первый взгляд простых словах собрано неимоверное количество человеческого горя и страданий. А сколько поломанных судеб? Сколько оборванных болезнями, голодом, морозом, пулей конвоира жизней? Подсчитать не по силам ни человеческому, ни искусственному интеллекту, наверное поэтому никто и не стремился начинать таковое счисление: после смерти Сталина его не менее кровавые соратники поспешили свалить все беды Колымы лишь на «вождя народов». И, как всегда, поторопились…

 Старатели в кожаных регланах

Молодая советская республика, кое-как устоявшая в лихую пору послереволюционной разрухи, остро нуждалась в средствах. Варварски награбленные церковные, музейные и царские ценности (основательно разворованные в процессе самими же революционерами) не могли закрыть и малой доли экономических дыр советской республики. Встал вопрос о необходимости срочной разработки собственных природных недр: чего-чего, а уж редкоземельных металлов, руд, угля, нефти и т.д. в российских землях всегда было с избытком! Особое место в этом списке занимали громадные залежи золота – металла, к которому во всем мире западные финансисты привязывали свои бумажные деньги, не тайно, но открыто мечтая заполучить себе и российские разработки. Да и сейчас мечтают…

Впрочем, и внутри самого РСФСР хватало желающих сколотить состояние на нелегальной добыче стратегического металла, которого особенного много оказалось на Колыме, — до того забытой Богом и правительством территории: именно там в 1919 году были обнаружены огромные залежи ценного металла. Сразу встал вопрос об организации охраны приисков и жесткого контроля за самим процессом добычи и учета добытого металла. В дело вступил НКВД.

 «Будете у нас на Колыме, милости просим…»

По распоряжению Сталина в конце 1931 года создается трест «Дальстрой», руководить которым было доверено верному чекисту Эдуарду Берзину. Главной задачей нового треста-монстра была экстренная разведка огромных территорий с целью обнаружения полезных ископаемых, среди которых именно золото занимало первое место.

Власть Берзина была огромна и монопольна: вся территория грядущих работ подчинялась через него напрямую Москве, т.е. тов. Сталину! Местные власти брали «под козырек», если у тов. Берзина возникали какие-то организационные вопросы, а уж если он хмурился, то у многих случались и сердечные приступы.

Именно Берзин подал вождю идею привлечь к «золотым» работам на вечной мерзлоте как осужденных уголовников, так и политических «врагов народа». Идея понравилась, тем более, что ст.58 штамповала «кадры» для Колымы круглосуточно и в огромных количествах. В зловещую бухту Нагаева потянулись пароходы, трюмы которых были забиты зэками: здравствуй, Колыма! При Берзине в «царство вечной мерзлоты» завезли более 60 тысяч зэков: и это лишь начало. Охраняли их не особо тщательно: бежать с Колымы невозможно – тысячи километров дикой тайги, отсутствие дорог, мороз, голод, ну и пуля конвоира тоже значила много.

Как не старался бывший «латышский стрелок» Берзин услужить центру, именно золото Колымы сыграло с ним самим роковую шутку: мало того, что жёлтый металл нещадно разворовывался на самих приисках как чекистами, так и урками, так ещё в жернова внутренних интриг самой Лубянки попал и директор «Дальстроя» тов. Берзин. Обвинение для него придумали быстро: дескать, отправлял аж пароходами добытое золото за рубеж с целью … присоединения Дальнего Востока к Японии! Быстро оформили приговор и 1 августа 1938 года главный старатель Советской России был расстрелян. А золото… Золото как воровали, так и продолжали воровать!

 Воруют все?

Борьба с хищениями конечно велась, но не совсем продуктивно: трудно и даже – опасно схватить за руку злодея, если он, например, начальник конвоя. Впрочем, уже в последние дни жизни Сталина, зэки (как почувствовали – авт.) все же стали «сигнализировать» в Москву о том, кто и как ворует «государево богатство».

По их сообщениям в МГБ СССР начались проверки, которые, увы, выявили, что во всех случаях хищений были задействованы и офицеры МГБ, и офицеры милиции. Из докладной зам. министра МГБ СССР А. Гоглидзе в ЦК КПСС: «Органами МВД … на аэродроме был задержан и арестован бывший инструктор Бодайбинского райотдела милиции Остяков В.С., у которого при аресте изъято 13 килограммов шлихтованного золота». Но если бы он один!

Из докладных МГБ СССР: «…Старшим оперуполномоченный ИТЛ МВД Артёмовской зоны В. Ермаков систематически выносит из зоны похищенное заключенными золото – шлих … для реализации. По агентурным данным Ермаковым перепродано для сбыта 6 кг золота».

По агентурному делу проходит инспектор Лагпункта №1 ИТЛ Бодайбинского района Сморчков С.И., который скупает в Бодайбо золото – шлих по цене 5 руб. за грамм для сбыта его в гор. Иркутске…» и т.д. и т.п. Таких докладных было тысячи. А сколько осталось за кадром? М-да, «чистые руки» не уставали…

Шли годы. Менялись структуры и методы контроля добычи золота, но… Желтый металл Колымы как удав находил и притягивал все новые свои жертвы. И каждый раз все более изощренно действовали сухопутные золотые флибустьеры. А порой – омерзительно и ужасно.

 Мамаша, а вы ребёночка покормили?

В 1971 году в магаданском аэропорту дежурный сержант линейного УВД уже заканчивал досмотр пассажиров. Его внимание привлекла некая дама с младенцем на руках. Завернутый в одеяльце грудничок был на удивление спокоен и молчалив.

« — Странно…, — подумал сотрудник, — регистрация и ожидание вылета занимает около двух часов. В зале постоянный шум, суета, а младенец на это никак не реагирует. Может, мать его не покормила?». Он подошел к пассажирке:

« — Мамаша, а вы ребеночка давно кормили?» Вопрос застал женщину врасплох, она что-то невпопад ответила, занервничала. Её попросили пройти в помещение милиции, там ребёночка распеленали и …

Увиденное повергло в шок всех присутствующих: как позже установила экспертиза, годовалый младенец около суток уже был мертв! Но самое ужасное было в другом: в его расчленном тельце милиционеры обнаружили спрятанные золотые самородки весом более килограмма! Следствие установило, что мать (а это была его мать!) сознательно убила свое чадо, чтобы вывезти в нём на материк похищенное золото. Впоследствии выяснилось, что этот кошмарный случай в биографии злодейки далеко не первый: за год до этого она уже убила и аналогично использовала еще двоих своих детишек! Магадан, который исторически привык ко многим злодействам, бурлил и требовал выдать негодяйку на «разборку» жителям, половину которых составляли вчерашние зэки. Ей повезло: по приговору суда детоубийцу быстро расстреляли.

 Кто не спрятался, я не виноват

Найти богатую золотую жилу или крупный самородок мечтает каждый старатель. Но еще больше глубоко в закоулках совести добытчики мечтают неожиданный «фарт» вывезти на материк, где его без особого труда и риска можно будет прибыльно сбыть опытному барыге-скупщку: в самом Магадане сделать это невозможно.

Такие мечты будоражили и бульдозериста из Ингушетии Магомеда Цолоева, который в 1971 году приехал на Колыму тоже попытать счастья. В те годы Северный Кавказ был одним из нелегальных «приёмщиков» ворованного дальневосточного золота и некогда законопослушный бульдозерист тоже получил предложение от местных «ювелиров» о том, что если ему повезет, то земляки купят уворованное по лучшей цене. Более того, за приличный самородок земляки-барыги ему пообещали подарить белую «Волгу» — мечту любого кавказца.

С надеждой на удачу Цолоев ежедневно дергал рычаги своего бульдозера, в конце каждой смены тщательно осматривая отвалы грязной породы, но… коварный металл иди просто так на переплавку в ингушскую печь не желал. Закончив очередную смену. Цолоев велел сменщику идти в контору, а сам по традиции еще раз пнул сапогом породу. Один из булыжников показался ему слишком тяжелым. Цолоев поскреб находку отвёрткой … и увидел долгожданный золотой блеск жирного самородка! Как выяснилось позже, вес найденного чистейшего золота составил 12 килограммов!

Далее – по примитивной воровской схеме. Загрузил самородок в кабину, вывез с прииска. Тайно перетащил в свою конуру, где уже были готовы к транспортировке пакетики с украденным ранее золотым песком. Самородок, формой похожий на неровный блин, Цолоев тщательно отмыл и упаковал в один из чемоданов. Почему-то вспомнилась поговорка «первый блин комом…» Бульдозерист отогнал тревожную мысль и стал готовиться к окончательному отъезду на родину, где его должна была встречать белая «Волга» и обеспеченная старость. Но …

Счастливец не знал, что уже несколько месяцев в недрах МВД вовсю шла операция по пресечению хищений именно магаданского золота и в оперативках следователей фамилия Цолоева тоже значилась.

Его вежливо окликнули уже перед последним шагом на трап самолёта. Далее – все обыденно: обыск, изъятие, недолгое недоумение – «враги подбросили», признание, тщательное перечисление всех старателей, которые тоже были нечисты на руку и т.д.

Какие высшие силы или связи спасли Цолоева от расстрела по ст.93-прим., уж неважно. Суд определил бульдозеристу 15 лет строгого режима и отправил на те же самые колымские прииски, которые много лет назад организовал первый директор «Дальстроя» Берзин и которому в отличие от Цолоева не повезло совсем.

Источник: argumenti.ru