Смерш эпохи Интернета

Как наши спецслужбы берут на вооружение опыт фронтовиков

Приближается всенародный праздник – День Победы. Недавно, в апреле, отметили очередную годовщину со времени создания самой лучшей контрразведки Великой Отечественной войны – Смерша. Как сражались на «невидимом фронте» его бойцы? Как перенимают их опыт нынешние контрразведчики? На эти вопросы обозревателя «АН» отвечает бывший сотрудник военной контрразведки, а ныне историк спецслужб подполковник в отставке Павел СМИРНОВ.

Название дал Сталин

В самом начале разговора Павел Степанович показал копию постановления Совета народных комиссаров СССР от 19 апреля 1943 года. Именно этим секретным документом Управление особых отделов из состава НКВД было передано в состав Народного комиссариата обороны, где на его базе организовано ГУКР Смерш.

Руководить созданной структурой Верховный главнокомандующий назначил комиссара госбезопасности 3‑го ранга Виктора Абакумова. Его правой рукой стал опытный военный контрразведчик Николай Селивановский.

Название этой организации дал сам Сталин. Когда ему предложили назвать военную контрразведку «Смерть немецким шпионам», он заметил, что шпионы бывают не только немецкие. И тогда в секретном документе её назвали просто «Смерть шпионам!», сокращённо – Смерш.

Абакумов получил право прямого доклада Сталину. Это значительно ускорило прохождение важной информации. Но из-за выросшей аналитической работы центральный аппарат Смерша увеличился в три раза – до 646 человек. Были созданы новые отделы, отвечавшие за фронтовую работу, проведение радиоигр с противником, фильтрацию тех, кто был в плену и находился на оккупированной территории.

Первый набор в одну из основных школ подготовки кадров для Смерша, в Новосибирске, составили долечивавшиеся после ранений офицеры-фронтовики. Ключевыми словами в аттестации оперативного работника были – «проверен в боевой обстановке».

 – Порой смершевцы рисковали собой не меньше, чем бойцы на передовой, – и Павел Степанович стал рассказывать о реальных делах советских контрразведчиков в Великой Отечественной войне.

Например, о внедрении смершевца Козлова в разведшколу абверкоманды‑103 с позывным «Сатурн», что позже стало основой для известной кинотрилогии. С июля 1943 года по апрель 1945‑го Козлов сначала преподавал, а затем возглавил учебную часть разведшколы врага. Ему удалось передать в Центр информацию о 127 агентах абвера. В абвергруппу‑107 было внедрено 17 наших агентов.

А в разведорган «Виддер» в конце апреля 1943 года была внедрена агент Марта. Эту хрупкую девушку фашисты многократно проверяли, но она выстояла. Её в составе диверсионной группы забросили в тыл Красной армии. Там она связалась с сотрудниками нашей контрразведки и обеспечила арест остальных членов группы.

– Внедрение сотрудников Смерша во вражеское логово – дело, конечно, непростое и смертельно опасное, – замечает старый контрразведчик. – Сейчас этим приёмом успешно пользуется КГБ братской Белоруссии. Как писала иностранная пресса, «комитетчики были внедрены в число лидеров прозападной оппозиции». Кто знает, сколько сотрудников Лубянки сейчас работает во вражеских разведцентрах и структурах радикальной и террористической направленности?

Успешные радиоигры

Особо отметил подполковник Смирнов тонкую радиоигру с противником. Смершевцы неоднократно устраивали сеансы связи с противником, в которых обманывали фашистов, выводили на захват их разведгруппы, сообщали ложные данные и другую дезинформацию.

В подтверждение своих слов историк спецслужб привёл этот секретный документ. В конце октября 1944 года начальник Главного управления Смерш НКО СССР Абакумов направил Сталину и Молотову докладную записку об использовании агентурных радиостанций, изъятых у агентов германской разведки:

«За время Отечественной войны в радиоигру с противником было включено 152 радиостанции. Обманывая немцев, нам удалось:

1. Вводить в заблуждение германское военное командование и разведку противника, дезинформируя их об обстановке на ряде участков фронта, и создавать у немцев видимость, что они через свою агентуру якобы получают шпионские данные о расположении воинских частей на фронте.

2. Легендировать перед противником «активные действия» заброшенных им групп агентов с заданиями по организации диверсии и повстанческого движения в различных районах СССР, вследствие чего немцы забросили в район «действия» этих групп 112 своих агентов.

3. Вынудить германскую разведку забросить на нашу сторону якобы для подрывной работы своих агентов 25 миномётов и пулемётов, 292 автомата, винтовки и пистолета, 722 мины и гранаты, 72 897 патронов, 2685 кг взрывчатых веществ, 12 радиостанций, 5 395 448 рублей советских денег, 20 000 американских долларов и 5000 английских фунтов, а также большое количество листовок от имени антисоветских организаций «Национально-революционные силы России», «Советской социалистической партии», «Русского освободительного движения», «Русского комитета» и др.

В конце апреля 1944 года была передана дезинформация о якобы готовящейся совместно наступательной операции Красной армии и союзников на северном участке советско-финского фронта, в связи с чем было отвлечено внимание финнов от Карельского перешейка. В тот же период времени передавалась дезинформация, маскирующая нашу подготовку к наступлению на участках Белорусских фронтов.

О том, что противник верил этим сообщениям, свидетельствует заочное награждение немцами «за хорошую работу» орденами и медалями 16 перевербованных нами агентов германской разведки, причём 9 из них были награждены дважды!»

По поводу эффективности этих радиоигр глава разведки РСХА Вальтер Шелленберг писал: «Некоторое время Москва поставляла правдивую информацию, чтобы в решающий момент сделать высшее немецкое руководство жертвой роковой дезинформации».

– Почему бы этот приём контрразведчиков Смерша не использовать сейчас? – задаётся вопросом ветеран российских спецслужб. – Ведь по Интернету гнать дезу даже удобнее, чем по радиосвязи. И выявлять предателей в соцсетях под видом киевских кураторов тоже можно.

В заключение своего рассказа о радиоиграх Смерша подполковник Смирнов сказал:

– Кстати, эти сеансы связи с врагом велись не в тиши лубянских кабинетов, а на передовой или вообще за линией фронта, в тылу противника. Поэтому век смершевца на войне был коротким: в среднем всего три месяца. Потом либо ранение, либо смерть. Более 6 тысяч сотрудников военной контрразведки погибли. За героизм и мужество Павел Жидков, Григорий Кравцов, Василий Чеботарёв и Михаил Крыгин были удостоены звания Героев Советского Союза – посмертно.

Смерш являлся самой эффективной спецслужбой во время Второй мировой войны. Примечательно, что за три года существования у наших контрразведчиков не было ни одного случая предательства, перехода на сторону врага. Не смог в их ряды внедриться и ни один вражеский агент.

Справка «АН»

Смерш просуществовал недолго, около трёх лет: с 1943 по 1946 год. Но даже за это сравнительно короткое время были достигнуты впечатляющие результаты.
Советские военные контрразведчики обезвредили более 30 тыс. шпионов, диверсантов и террористов. Смершу удалось предотвратить теракты в отношении Сталина в 1944 году и генерал-полковника Говорова в 1943-м. Только за первые 10 месяцев с начала создания Смерша в германские разведывательные органы и школы были внедрены 75 агентов. Из них 38 возвратились, успешно выполнив свои задачи. Они представили сведения на 359 сотрудников германской военной разведки и на 978 шпионов и диверсантов, подготавливаемых для переброски в наш тыл. В итоге 176 разведчиков противника были арестованы, 85 явились с повинной, а пятеро завербованных сотрудников германской разведки оставались работать в своих подразделениях по заданию Смерша.

Обстановка требует фронтовых мер

По мнению подполковника Смирнова, нынешняя обстановка требует не только изучения и внедрения опыта Смерша в деятельность российской контрразведки, но и фронтовых мер по отношению к террористам из Интернета.

– Хватит миндальничать! Стонать и охать: «Они же дети! Не могут без мобильного Интернета». А если это приводит к планируемым терактам и возможным человеческим жертвам?! – возмущается ветеран. – Вот лишь недавние сообщения.

Сотрудники ФСБ 18 апреля предотвратили резонансный теракт в отношении руководителей Роскомнадзора. Задержано семь подозреваемых, их главарь ликвидирован.

По данным ФСБ, группа молодых террористов, завербованных через Telegram спецслужбами Украины, планировала подорвать автомобиль одного из руководителей Роскомнадзора, считая его виновным в блокировке любимой сети.

Как сообщили в Центре общественных связей ФСБ, в Москве, Уфе, Новосибирске и Ярославле были задержаны семь сторонников праворадикальной и неофашистской идеологии, которые участвовали в подготовке теракта. Главарь террористической группы – житель Москвы, 2004 года рождения, при задержании оказал вооружённое сопротивление и был нейтрализован.

В ходе обысков у интернет-террористов изъяты самодельное взрывное устройство массой 1 кг, граната Ф-1, пистолет ПМ с глушителем, два газовых пистолета, рации, неонацистская атрибутика и символика украинских военизированных формирований. Кроме того, в их телефонах была обнаружена инструкция по вступлению в одну из украинских террористических организаций, запрещённых в РФ.

Противник не оставляет попыток втянуть нашу молодёжь в диверсионную деятельность. Для вербовки используются игровые онлайн-платформы, тематические сайты, предлагающие лёгкий заработок. Украинские неонацисты с помощью искусственного интеллекта и современных программ выявляют тех пользователей, которые разделяют радикальные взгляды или готовы на всё ради денег, заявил директор ФСБ России Александр Бортников.

– Интернет уже нельзя запретить, – заканчивает разговор подполковник Смирнов. – С ним надо работать. Не пора ли на Лубянке объединить отделы и управления, связанные с деятельностью в соцсетях, и создать новый интернет-Смерш, наделив его фронтовыми полномочиями?

Источник: argumenti.ru