Прорыв на Донбассе

На фронтах СВО у ВСУ продолжают медленно, но верно и неотвратимо нарастать проблемы. Причём они становятся всё более заметны не только военным. О них активно сигнализируют депутаты Рады, украинские волонтёры-активисты, журналисты, в том числе и западные.

Грустная арифметика поражения

Так, ранее поддерживавшие нацистскую хунту Зеленского депутаты Рады ныне поливают помоями в сетях и выступлениях своё политическое и военное руководство. Так, депутат Рады Анна Скороход сообщила, что только дезертиров в ВСУ уже более 400 тысяч. Мол, войска деморализованы поражениями, потерями, отсутствием перспектив, а также скотским отношением командиров к личному составу. Вот и бегут. Все бегут.

На деле же ситуация ещё хуже, чем она описывает. Потери ВСУ только убитыми, по сведениям даже не МО РФ, а западных специалистов, ещё в начале года были за 1, 2 млн человек. Подчеркнём – не пропагандистов, в том числе в генеральских погонах, типа некомпетентного американского генерала Каволи, который тиражирует байки укронацистов, причём не в публичных даже речах, а в документах. А специалистов, в том числе бывших, с большими связями в Пентагоне. Например, полковника Макгрегора, бывшего советника Трампа, крайне информированного человека. Он примерно такие цифры и называл. Оценки российского Минобороны куда осторожнее. Наши военные считают только зафиксированных различными средствами подтверждения украинских убитых на фронте. Но ещё сотни гибнут каждые сутки от ударов наших ракет и барражирующих боеприпасов в тылах.

Потери ВС РФ в принципе несравнимы с этой цифрой. А наши материальные ресурсы, особенно в части продукции ОПК, как техники, вооружения, так и боеприпасов, превосходят украинские да и западные тоже. Боеприпасов Россия делает больше всей планеты в целом. Так обстоит дело по любым видам боеприпасов – от патронов, снарядов и до спецбоеприпасов из Сарова и Снежинска.

Осознание неизбежного – дело сложное

О том, что ВСУ находятся на последнем издыхании, сейчас стали писать многие и на Западе. Правда, на том, что на последнем издыхании находятся и ресурсы блока НАТО, стараются не заострять внимание. Но именно так оно и есть. Бесконечных складов у НАТО нет, это не игра на компьютере в стратегию.

То, что можно было отдать из серии «бери, что не жалко», – давно закончилось. Приходится передавать или произведённое чахлым военпромом с колёс, попутно кидая свои армии и иностранных клиентов. Причём платящих деньгами, а не как Киев, базарным хаем «а шо так мало дали?!». Или передавать из частей, удовлетворяясь обещанием заместить через год–два (в реальности – лет 5–6).

С боеприпасами – вообще всё плохо, НАТО оказалось неспособным выйти даже на довоенный уровень производства в ОПК России по большинству позиций. Какая может быть вооружённая борьба на истощение, когда в год делается зенитных ракет столько, что их может на один налёт не хватить? Конечно, про это если и пишут, то намёками или вскользь и скупо, но информации достаточно, для умеющих думать и читать. Да, поставки ещё идут, но куда больше обещаний и рекламы. И не потому, что не хотят, – больше не могут.

Поэтому и пишут на Западе про то, что осенью, или зимой, или весной русские непременно снова окружат Киев. Хотя коллапс ВСУ может выглядеть и совсем иначе, о чём говорят уроки прошлого. Например, Первой мировой войны. Немцам после весеннего наступления 1918 г. стало нечем возмещать потери в линейных частях, а штурмовиков и вовсе взять стало неоткуда. Войска ещё стояли, хотя уже пятились, но было лишь вопросом времени, когда всё рассыплется в прах.

Оперативная обстановка

Пока этого ещё не произошло, но проблемы у ВСУ имеются на всех фронтах. Они нарастают как снежный ком. Окончена длительная, вязкая и весьма кровавая битва за Часов Яр. В этом городе ВСУ окопались очень серьёзно – их очень долго «откапывали» из нор, чтобы прикопать. Победу эту принесли наши десантники – 98-я гвардейская Свирская Краснознамённая орденов Кутузова и Александра Невского воздушно-десантная дивизия. Разумеется, падение столь важного узла обороны не замедлило сказаться на ситуации: наши сразу же продвинулись вперёд. ВСУ не могут эффективно маневренно обороняться против ВС РФ, ибо нечем маневрировать, почти нет танков и бронетехники, да и артиллерии очень мало. Нет нормальной ПВО, чтобы прикрыть войска. Те же проблемы и на открытых пространствах – их там просто «вкатают в грунт» артиллерией и авиацией.

Но не Часовым Яром единым. Ситуация в районе Покровска приобретает черты катастрофы для ВСУ. Там уже пару недель, как практически все дороги, по которым снабжаются и ротируются подразделения ВСУ, находятся под обстрелом нашей артиллерии и армейской авиации или под ударами обычных и волоконно-оптических FPV-коптеров. То есть вместо дорог – знакомые уже по прочим таким эпизодам «дороги смерти». На них обочины усыпаны остовами микроавтобусов, пикапов, броневичков и прочего, что в ВСУ давно уже заменило нормальную бронетехнику и грузовые автоколонны снабжения.

В город ещё более-менее можно проехать по паре просёлков, их не так активно мониторят «дронщики», но и там уже очень опасно. При этом сейчас в самом Покровске уже находятся наши штурмовики. Дело времени, причём, возможно, не очень долгого, когда вопрос решится и тут. Пока многие украинские медиаактивисты помалкивают на тему ситуации в городе и вокруг него, рассуждая лишь о его «незначительности», что, конечно, не так. И наши на тему Покровска тоже рассуждают весьма скупо – МО РФ почти не освещает ситуацию в городе.

Прорыв

Хотя, по некоторым украинским и западным данным, наши войска совершили настоящий прорыв на север ДНР. Когда номер уже готовился к печати, пришли новости с Покровского направления. Фронт на нескольких узких участках прорван нашими ударными частями на значительную глубину. Можно говорить о выходе даже за линию обороны на оперативный простор. Прорыв случился в районе Доброполья, а точнее, сразу на нескольких узких участках. По сообщениям, глубина продвижения составляет более 10–12 км за одни сутки, а вот насколько более – пока сложно сказать. Известно, что трасса Доброполье – Краматорск перерезана нашими, и они уже в Нововодяном за трассой. Один из украинских волонтёров поехал в село Золотой Колодезь, но ему оттуда позвонили и сказали, что «уже не надо – в селе русские и проводят фильтрацию». ВСУ эвакуируют Сергеевку, это в 10 км к северо-востоку от Колодезя. На другом участке наши штурмуют уже позиции к западу от Родинского.

Окружение Купянска

Схожее молчание наблюдается и вокруг Купянска, где долгое «подкрадывание» армии России к городу, с освобождением разных посёлков и районов по флангам Купянского выступа, вдруг сменилось рывком в сам город. Многие источники, в том числе западные, сообщают, что бои идут в самом городе и что с севера в него проникли штурмовые части ВС РФ. Они продвигаются к центру. Также продвигаются и в промзоне.

Сообщается, что наши якобы сейчас находятся всего в 1, 5 км от главного моста через реку Оскол, который соединяет украинский плацдарм на восточном берегу, включая восточный Купянск, с остальной частью города и группировки ВСУ на Харьковщине. Если этот мост наши возьмут, или уничтожат, или будут контролировать проезд по нему – группировке ВСУ на восточном берегу Оскола придёт конец.

Есть информация и о том, что вялотекущее продвижение в районе Северска наших ударных частей также сменилось на куда более быстрое. Есть такие же сведения и из-под Мирнограда. Недавно стало известно об окружении частей ВСУ в районе Клебан-Быкского водохранилища.

Это водохранилище прикрывало правый фланг группировки, которая обороняется на участке между Часовым Яром и Дзержинском. Теперь наши прорвались вдоль самого водоёма, и он стал для боевиков нацистской армии крышкой котла. Очередного котла ВСУ. Сколько там в нём «варится» – пока сложно сказать. Всё это создаёт серьёзные проблемы и для обороны ВСУ в районе стратегически важного города Константиновка.

В целом эти районы постепенно добивают и доедают наши штурмовые части и части закрепления и развития успеха. Это остатки третьего стратегического рубежа обороны ВСУ, который они строили 10 лет. После него многое может и должно измениться, если ВСУ раньше не сколлапсируют от недостатка ресурсов и утраты воли к сопротивлению.

Но, рассматривая ход боевых действий, следует мерить успех не в километрах продвижения и квадратных километрах освобождения, а в тысячах убитых и раненых, тысячах единиц техники, миллионах единиц боеприпасов и прочих ресурсов. Задача именно в истощении противника, ликвидации его мобилизационного и прочих ресурсов, в наиболее узкой зоне боевых действий и полных разрушений. Нам все эти наши земли предстоит потом восстанавливать. Возможно, до Днепра или, скажем, Дуная.

Источник: argumenti.ru