Роль курдского автономного района в Сирии

Возникший в 2012 – 2015 годах в ходе ожесточенных боев с бандформированиями «Исламского государства» (запрещено в РФ) курдский автономный район Рожава под управлением Администрации Северной и Восточной Сирии играет важную роль в стране. Население этого региона насчитывает свыше 3-х миллионов человек и представлено в основном курдами, хотя там имеются и общины арабов, ассирийцев, армян и других национальных групп. Следует подчеркнуть, что курдские ополченцы и союзные им племена Заевфратья в гражданской войне в Сирии не участвовали и, по возможности, сохраняли нейтралитет. Отдельные боестолкновения курдов с турецкими войсками, протурецкими прокси-силами и подразделениями правительственных войск имели место лишь в ходе попыток вторжения к ним захватчиков, в частности, в ходе военной операции ВС Турции по захвату административного района Африн и ряда других, приграничных с Турцией, сирийско-курдских районов. 

Общеизвестно, что правительство Асада, арабо-суннитская светская оппозиция и радикальные исламистские группировки игнорировали интересы курдов и на мирные переговоры в Женеву и Астану по урегулированию сирийского конфликта их не приглашали. В этом отношении Дамаск и оппозицию поддерживали так называемые «посредники» в лице иранских и турецких властей, которые привержены политики ассимиляции и дискриминации курдов в своих странах. Тем не менее, лидеры Рожавы неоднократно выражали готовность к контактам с правительством Асада и оппозицией и требовали учета их национальных интересов в проекте новой конституции страны.

После свержения режима Асада и прихода к власти в Дамаске 8 декабря 2024 года представителей радикальных исламистских группировок ситуация в стране изменилась коренным образом. Поддерживавшее Асада арабо-алавитское меньшинство оказалось в качестве изгоев, наиболее известные сторонники прежнего режима, чиновники и сотрудники силовых ведомств подверглись репрессиям. Страну покинули иранцы и их прокси-силы (ливанская «Хезболла», отряды наемников из числа афганцев, пакистанцев, йеменцев, иракцев). Место Тегерана — как спонсора Дамаска — уверенно заняла Анкара. 

Не без влияния турецких властей на базе наиболее крупной группировки исламистов «Гейят тахрир аш-Шам» (запрещена в РФ) было сформировано Переходное правительство Сирии. Об его инклюзивности, т.е. включения в его состав представителей курдов и других национальных и конфессиональных меньшинств речи пока не идет. Анкару явно устраивает вариант контроля за новой Сирией идейно близкими Турции «Братьями-мусульманами» (запрещены в РФ). Как и у себя в стране, Эрдоган пытается строить в Сирии исламистское, однородное по национальному признаку, государство, где арабам-алавитам, арабам-друзам, курдам, ассирийцам, армянам нет места. По замыслу Анкары, они должны будут ассимилироваться как их собратья в Турции и стать, соответственно, криптоармянами, «горными турками» и т.п.

Пока трудно сказать, удастся ли вообще воссоздать сирийское государство и каким оно может быть? Сегодня мы наблюдаем лишь окончательный крах французского проекта создания Сирии на осколках Османской империи. Слепленное на скорую руку во многом искусственно, без учета национальных и конфессиональных особенностей населения этих территорий, сирийское арабское государство ушло в небытие. Вполне вероятно, что турецкие власти «наступят на те же грабли» и будут лепить новую Сирию по лекалам заметно «позеленевшей» за последние годы Турецкой Республики. Вполне очевидно, что такой проект не устроит не только самих сирийцев, но и заинтересованных в этой стране государств (Иран, Израиль, Ирак, Ливан, Иордания, монархии Персидского залива и другие). Протурецкое — марионеточное правительство в Дамаске никому, кроме Эрдогана и его окружения, не нужно. Вряд ли алавиты, шииты, друзы, курды, ассирийцы, армяне, светская оппозиция из числа арабов-суннитов добровольно подчинятся протурецким властям-исламистам и согласятся на свое положение людей «второго сорта» в новом государстве. В таком случае, вполне вероятно продолжение гражданской войны в стране большинства сирийцев с захватившими власть в Дамаске исламистами и турецкими оккупантами. Примерно такая ситуация сложилась в 2012 году в Египте, когда к власти пришли протурецкие «Братья-мусульмане». Исламистский режим не продержался и года, народ и армия вышли на улицы и свергли президента Мухаммеда Мурси.

В складывающихся непростых условиях, лидерам Рожавы целесообразно установить связи и контакты с Переходным правительством Сирии и, по возможности, оказать влияние на принимаемые им важные политические решения. Ключевыми проблемными вопросами станут формирование инклюзивного правительства в Дамаске с участием представителей Рожавы и принятие новой конституции страны, где регион мог бы сохранить свой статус автономии или субъекта федерации. Ранее существовавшее унитарное полицейское государство арабских националистов-баасистов вряд ли когда-нибудь будет востребовано. Как представляется, только федеративное устройство Сирии может послужить реальным проектом воссоздания этого государства. За пример можно взять соседний Ирак, где с 2005 года в конституции закреплено федеративное устройство страны и достигнута договоренность об учете интересов ее основных национальных и конфессиональных общин: премьер-министром назначается араб-шиит, президентом – курд, главой парламента избирается араб-суннит.

Безусловно, все контакты и переговоры представителей Рожавы с властями в Дамаске могут быть результативными при условии сохранения и укрепления единства всех политических сил региона, а также тесных союзнических отношений курдов с арабскими племенами Заевфратья. Весьма важным будет преодолеть имевшиеся ранее разногласия и сплотиться ведущим региональным организациям: Партии демократического союза (ПДС) и Курдскому национальному совету (КНС). Было бы также целесообразно развивать отношения Рожавы со структурами ООН, других международных организаций и с иностранными государствами, в частности, с Россией, Иракским Курдистаном, Израилем, США, странами ЕС. Как известно, в Москве имеется представительство Администрации Северной и Восточной Сирии, которое находится в тесном контакте с МИД РФ.   

При этом надо учитывать, что турецкие власти и их спецслужбы прилагают значительные усилия по дискредитации курдского национально-освободительного движения, разобщению его рядов. Анкара пытается навешивать на курских ополченцев ярлыки сепаратистов и террористов, использует мифический жупел курдской угрозы во внутриполитической борьбе и для оправдания своих агрессивных действий на севере Сирии и Ирака. После официальных заявлений о роспуске турецкой Рабочей партии Курдистана (РПК) Анкара вынуждена будет искать новых врагов и ими могут стать члены ПДС. Не случайно, Эрдоган и его окружение называли ПДС филиалом РПК, теперь эта лживая пропагандистская кампания может продолжиться, чтобы добиться разоружения отрядов Рожавы и оккупации новых курдских районов. Анкару не смущает тот факт, что в период заигрывания турецких властей с ИГ (запрещено в РФ) и превращения Турции в транзитный коридор потока джихадистов со всего мира в Сирию и Ирак, курдские ополченцы дали достойный отпор силам международного терроризма и защитили наш мир от этой «чумы ХХI века».

Таким образом, Рожаве предстоит длительная и напряженная борьба за сохранение своего автономного статуса. Важное значение будут иметь контрпропаганда, разъяснение населению Сирии и мировому сообществу целей и задач Рожавы, ее мирного характера, толерантности по отношению ко всем другим национальным и конфессиональным группам населения страны. Есть определенная уверенность, что региону удастся успешно пройти по пути своих иракских собратьев и занять достойное место в будущей демократической и независимой Сирии. Не исключено, что примеру Рожавы последуют и районы компактного проживания арабов-алавитов (Латакия, Тартус), арабов-друзов и других меньшинств. Федеративное устройство нового государства позволит им не только сохранить свою национальную и конфессиональную идентичность, но и надежно защитит их конституционные права и свободы.

Источник: argumenti.ru