Почему «зарплата в конверте» до сих пор привлекательнее и для работодателя, и для работника?

Серый рынок труда: государство бьёт тревогу и разрабатывает план борьбы

Российское правительство вновь взялось за решение задачи, которая кажется неразрешимой, как сизифов труд: борьба с серым рынком труда. План мероприятий на 2025-2027 годы направлен на выявление и легализацию неофициально занятых граждан, и это похвальное стремление скрывает ряд сложных и многогранных проблем. Почему же государство так озабочено «зарплатами в конверте»? Ответ кроется не только в недополученных налогах.

Конечно, основная причина — это значительные потери бюджета из-за неуплаты налогов работниками «серой» зоны. Миллионы людей, получающих зарплату «в конверте», лишают государство существенных поступлений, необходимых для финансирования социальных программ, инфраструктурных проектов и многих других важных направлений.

Неофициальная занятость искажает статистику рынка труда. Данные Росстата за 2023 год показывают 14,9 миллионов человек трудоспособного возраста, не входящих в состав рабочей силы. Из них 11,8 миллионов «не выразили желания работать». Эта цифра включает в себя студентов, пенсионеров, домохозяек и другие категории. Однако в эту статистику не попадают те, кто работает неофициально, получая «серую» зарплату, — они «выпадают» из системы учёта, что препятствует адекватному планированию экономической политики, прогнозированию трудовой миграции и эффективному распределению трудовых ресурсов.

Согласно информации Росстата, в 2023 году численность лиц трудоспособного возраста, не входящих в состав рабочей силы (то есть не занятых и не безработных), составляла 14,9 миллиона человек. Крупнейшую группу среди них составляют лица, которые «не выразили желания работать» — их в России насчитывалось 11,8 миллиона. В основном это студенты очных форм обучения (6 миллионов человек), пенсионеры (2,1 миллиона; к этой категории в трудоспособном возрасте относят, например, получателей пенсий по инвалидности, потере кормильца или имеющих право на досрочный выход на пенсию), а также лица, занимающиеся ведением домашнего хозяйства (1,6 миллиона человек).

Оставшаяся часть трудоспособных граждан, не включенных в рабочую силу, относится к так называемой «расширенной безработице». К этой категории относятся, в первую очередь, потенциальная рабочая сила — люди, не имеющие работы и проявляющие интерес к ее получению, однако по разным причинам не осуществляющие активных поисков или не готовые приступить к работе немедленно (например, те, кто искал работу, но не был готов сразу приступить к ней, либо наоборот — не искал работу, но при этом готов был бы выйти на нее незамедлительно). По итогам 2023 года Росстат оценивал численность потенциальной рабочей силы в 697 тысяч человек. Кроме того, существует категория граждан, выражающих желание работать, но не ищущих работу и не готовых приступить к ней в ближайшее время — таких, по данным Росстата, было 2,4 миллиона человек.

Работа в «тени» сопряжена с множеством социальных рисков. Люди, официально не трудоустроены, лишены социальной защиты: они не имеют права на больничные, отпускные, пенсионные накопления. В случае несчастного случая на работе они остаются без компенсации и медицинской помощи. Это создает социальное неравенство и углубляет разрыв между официально и неофициально занятыми.

Это всё понятно. Но вот почему работодатель и наёмный работник приходят к соглашению о неофициальных трудовых отношениях? Можно долго не ломать голову над этой дилеммой. Всё достаточно просто. При официальной занятости работник получает на руки существенно меньше той суммы, что хотел бы получать. Ибо налоги. Те, которые платит работодатель за работника. И если для госпредприятий это не вопрос, то для частника нередко достойная зарплата для нанятых является очень серьёзной нагрузкой. А ведь по данным на 2022 год, количество частных предприятий в России было больше, чем государственных: число частных организаций — 2 790 тыс., а государственных — 86 тыс. При этом доля частных организаций в общем числе предприятий всех форм собственности за тот же период выросла с 75% до 84,9%, а доля государственных — сократилась до 2,6%.

Давайте посчитаем вместе. И помогут нам в этом расчёты, произведённые специалистами «Точка Банка», которые мы и будем использовать здесь.

Что платит работодатель кроме зарплаты? Кроме основной зарплаты, у работодателей есть и другие обязательные выплаты сотрудникам в зависимости от ситуации, например: отпускные; пособие по временной нетрудоспособности за первые три дня болезни; командировочные; компенсация за неиспользованный отпуск при увольнении; выходное пособие при сокращении; компенсация за задержку заработной платы.

Помимо выплат сотруднику работодатель должен платить ещё и в бюджет. Почти со всех выплат работодатель отчисляет в бюджет: НДФЛ; страховые взносы на четыре вида обязательного страхования. Сколько именно отчислять, зависит от размера заработной платы и категории работодателя.

Вот пример того, как уменьшается зарплата работника и увеличиваются расходы работодателя. Условное «ИП Васечкин» обещает работнику зарплату в 60 000 рублей. Эту сумму и прописали в трудовом договоре. По закону зарплату нужно перечислять не реже двух раз в месяц, а значит, «ИП Васечкин» будет платить сотруднику по 30 000 рублей каждые 15 дней. Но на руки сотрудник будет получать сумму за минусом НДФЛ: 30 000 — 13% = 26 100 рублей. Всего за месяц сотруднику начислят 60 000 рублей, на руки он получит 52 200 рублей, а 7 800 рублей налога работодатель перечислит в бюджет. Это в минус работнику. А теперь в минус работодателю: за сотрудника нужно платить взносы в налоговую инспекцию и Социальный фонд России, а их начисляют сверх зарплаты, а не удерживают из неё, как НДФЛ.

Тариф взносов зависит от того, числится ли работодатель в реестре МСП. Если нет, то тариф 30%. А если числится, 30% с зарплаты в пределах 1,5 МРОТ и 15% с остатка. Если бы «ИП Васечкин» не относился к малому и среднему бизнесу, то с зарплаты менеджера в 60 000 рублей он бы заплатил взносы по единому тарифу 60 000×30% = 20 000 рублей. Но «ИП Васечкин» — субъект малого бизнеса, поэтому при МРОТ 22 440 рублей в 2025 году сумма взносов составит: 22 440×1,5×30% + (60 000 — 22 440×1,5) x 15% = 14 049 рублей. А ещё работодатель платит взносы по единому тарифу в размере 30%. Их них 72,8% идёт на пенсионное страхование. Проще говоря, это 22% от заработной платы.

Что в итоге? В итоге условное «ИП Васечкин» каждый месяц будет начислять работнику зарплату в 60 000 рублей. С этой суммы он удержит и перечислит в бюджет 7 800 рублей НДФЛ и начислит на 60 000 рублей страховые взносы: по единому тарифу 14 049 рублей; на страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний 120 рублей. За вычетом НДФЛ сотрудник получит на руки 52 200 рублей, а ИП Морозову это обойдётся в 74 169 рублей. Сумма будет больше, если условное «ИП Васечкин» перестанет числиться в реестре МСП и начнёт платить страховые взносы по общим, а не сниженным ставкам.

Выгодно работодателю? Нет. Выгодно работнику? Нет. В итоге они и договариваются на «зарплату в конверте». Выгодно это государству? Нет. Естественно, государство хочет избавиться от этой «серой системы». Которую, по сути, само же и спровоцировало тем, что работодателю приходится нести серьёзные расходы на то, чтобы обеспечивать работника зарплатой, а работник не может рассчитывать на её увеличение до комфортного для жизни уровня, так как работодатель попросту не потянет увеличивающиеся, в связи с этим расходы. Замкнутый круг? Из которого только один выход — заставить всех «работать в белую» «из-под палки»?

Источник: argumenti.ru