К столетию разведчика-нелегала Владимира Лохова

Недавно в Службе внешней разведки (СВР) России отметили 100 лет со дня рождения разведчика-нелегала полковника Владимира Иосифовича Лохова. Он не знал провалов. Поэтому его настоящее имя долгое время оставалось засекреченным. Шифровки в Центр он подписывал оперативным псевдонимом «Стрельцов». Рассказать о нём обозреватель «АН» попросил ветерана советских и российских спецслужб полковника в отставке Станислава КОРОЛЁВА.

Отец наших нелегалов

Нашу беседу Станислав Юрьевич начал с цитаты из книги американского разведчика, бывшего резидента США в Индии Гарри Розицки: «Если бы в США была такая нелегальная разведывательная служба, как в Советском Союзе, численностью хотя бы человек в сто, то Америка могла бы чувствовать себя спокойно».

– Легендарной личностью в нашей нелегальной разведке был и загадочный «полковник К». Так назвал Владимира Иосифовича Лохова в своей книге знаменитый генерал Юрий Дроздов, начальник Управления «С», – отметил Королёв.

По его словам, руководитель нашей нелегальной разведки был уверен, что полковника Лохова никогда не рассекретят – настолько много тайн и секретов он знал. Но не так давно, к 100-летию службы, его имя назвал директор СВР Сергей Нарышкин в числе героев невидимого фронта. Появились некоторые рассекреченные документы из личного дела разведчика-нелегала.

Вот сухие строчки официальной информации. Лохов Владимир Иосифович родился 22 декабря 1924 года в с. Пичигвины Знаурского района Юго-Осетинской автономной области Грузинской ССР, осетин.

Образование высшее – в 1953 году окончил юридический факультет Азербайджанского государственного университета.

В 1957 году зачислен в особый резерв ПГУ КГБ и по август 1962 года проходил подготовку для работы в особых условиях.

В августе 1963 года нелегально выведен в одну из азиатских стран. В результате проявленных инициативы и настойчивости Лохов В.И. в короткие сроки легализовался в стране назначения на длительное время и создал необходимые условия для ведения разведывательной работы с нелегальных позиций. В ноябре 1965 года на связь ему был передан ценный и надёжный агент, с помощью которого со временем удалось сформировать эффективную агентурную сеть. Умелые действия при легализации позволили Лохову В.И. в качестве нелегального резидента руководить указанной ценной агентурой и получать от неё актуальную документальную информацию.

В 1973 году выведен в Центр, работал в качестве тренера-нелегала. В январе 1979 года назначен начальником 1-го отдела Управления «С».

Неоднократно поощрялся руководством службы. За достигнутые результаты в работе награждён медалью «За боевые заслуги», нагрудным знаком «Почётный сотрудник госбезопасности», орденами Красной Звезды и Трудового Красного Знамени.

Умер в 2002 году. Похоронен на Троекуровском кладбище Москвы.

– Последние двенадцать лет службы и жизни, уже на посту начальника 1-го отдела Управления «С», он многое сделал для подготовки новых сотрудников нашей нелегальной разведки, – добавил к скупым строчкам официального сообщения пресс-бюро СВР полковник Королёв. – Не зря его называли отцом нелегалов.

Из рассекреченного досье

Опираясь на документы из недавно рассекреченного досье разведчика-нелегала, Станислав Юрьевич рассказывает, что Владимир Лохов родился в семье шахтёра. Отец, Иосиф Ростомович, за революционные заслуги получал персональную пенсию. Мама, Евдокия Георгиевна, была домохозяйкой и воспитывала пятерых детей: Володю, Иосифа, Шоту, Заура и Веру.

Ещё с детства Владимир знал русский, осетинский и грузинский языки. После обучения в Баку выучил ещё и азербайджанский. Готовясь к командировке в одну из восточных стран, Владимир Иосифович выучил арабский.

Полковник Королёв приводит выдержки из оперативной справки: «За время подготовки «Стрельцов» характеризуется исключительно положительно. Основное внимание уделял изучению языка, занимаясь с двумя преподавателями. За период с июля 1957-го по январь 1958 года приобрёл навыки беглой разговорной речи на политические и бытовые темы. Может без затруднения выразить свою мысль и понять собеседника, имеет активный словарный запас в объёме 2000 слов и оборотов речи, язык усваивает успешно, обладает хорошей зрительной памятью».

А вот как сам оценивал свою подготовку будущий разведчик-нелегал: «Считаю себя готовым к выполнению заданий в нелегальных условиях за границей. С теми знаниями в языке, быте и религии мусульман, оперативными и другими навыками, которые мне удалось получить при огромной помощи товарищей из Центра, а также при наличии той внешности, которой наградила меня природа, кажется, что в странах Востока мне удастся сделать много полезного».

Из оперативного отчёта «Стрельцова»: «Сделан первый шаг в работе на данном поприще. Шаг этот в общем плане стоящих передо мной задач, может, и небольшой, но лично для меня имеет огромное значение. Как видно из описания моих действий по легализации и особенно по получению паспорта, мне пришлось лично участвовать на всех этапах оформления этого документа. Поэтому я особенно рад, что труд людей, давших мне языковые знания, не пропал даром. Вращаясь в коллективе шофёров, среди соседей, общаясь почти два месяца с работниками нескольких участков полиции, паспортного отдела и множеством других лиц, я ни разу не испытывал затруднений в языке. Ни один человек из числа этого круга лиц не почувствовал того, что я не коренной местный житель».

Больше пяти лет ушло у Владимира Иосифовича на специальную подготовку. Затем нелегал появляется в «промежуточной» стране, через которую ему предстояло проникнуть в другое государство. Позднее удалось добыть подлинные документы местного жителя, на языке разведки – «двойника». Тот умер, но его смерть не была зафиксирована официально. Полученный разведчиком паспорт был подлинный. Легализовавшись, Владимир развил бурную и удачную коммерческую деятельность. Он вошёл в число совладельцев компании, добывающей минеральные ископаемые. Создал свою кинопрокатную фирму. Купил небольшую авторемонтную мастерскую.

Это было отличным прикрытием для нелегальной работы. Скоро двусторонняя связь с Центром была налажена. Использовались радио, тайниковые операции, тайнопись. Но главное – на связь разведчику передали ценного источника. Удалось создать и оперативно наладить работу агентурной сети. Информация в Москву шла самая разнообразная, что было отмечено государственными и ведомственными наградами. Так, Лохов первым и задолго до других советских нелегалов сообщил в Москву о проекте «звёздных войн» – «стратегической оборонной инициативе» президента Рейгана.

Мнение эксперта

Ветеран внешней разведки Георгий САННИКОВ считает:

– Нужно понимать, что разведчики-нелегалы – это очень и очень закрытая тема. Это штучный, драгоценный товар, как скрипка Страдивари, с особыми лаком, звуком и тоном. Это люди особого закала, склада ума.

На грани провала

Полковник Королёв заметил, что у Лохова не всё шло гладко. Ведь работал он в очень сложных условиях. Вот что пишет об этом сам Владимир Иосифович в своём оперативном отчёте:

«Агентурная обстановка очень сложная. Наружное наблюдение ходит за мной по пятам, без маскировки. Каждого, с кем имею хотя бы кратковременную беседу, моментально подвергают допросу, запугивают. Причём это делают лица из следящей за мной бригады НН, которая состоит из пяти–шести человек ежедневно, и происходит это иногда прямо в моём присутствии. Так наблюдают практически за всеми иностранцами в этой стране, где царит режим жёсткой диктатуры. Но надо работать, надо как-то приспосабливаться. Расслабляться некогда. Будем изыскивать другие возможности общения с населением».

Учитывая такое пристальное внимание к себе местной контрразведки, у Лохова возникла острая необходимость получить некоторые дополнительные документы, подтверждающие его личность. Давно умерший «двойник», под именем которого и жил разведчик, родился в горном ауле, где его уже пятнадцать лет считали без вести пропавшим. И лишь старушка-мать верила в возвращение сына.

От горя и возраста она почти ослепла. И этим обстоятельством решил воспользоваться наш разведчик.

– Некоторые упрекали его в цинизме, – усмехается Станислав Юрьевич. – Мол, решил сыграть на слепоте старой женщины. А ведь материнское сердце не обманешь…

Это был большой риск. Поначалу Центр не разрешал эту операцию. Ведь нелегал должен был попытаться сделать так, чтобы полуслепая женщина из далёкого высокогорного селения публично признала его своим сыном. А если она не сделает этого? Тогда разоблачение и арест.

Но Лохов тщательно готовил встречу с «матерью». Для начала вступил в переписку с «родственниками». Потом послал им дорогие подарки. Они ему – старые семейные фотографии. На них наш разведчик был здорово похож на пропавшего пятнадцать лет назад «двойника».

Внешним сходством и решил воспользоваться наш разведчик. Но на всякий случай Лохов подстраховался. В нескольких километрах от села в укромном месте его ждала машина. У водителя были запрятаны документы на другое имя и билет на самолёт. Конечно, не зря говорят, что родная мать всегда узнает своего сына. Но скажет ли она окружавшим её бедным людям, живущим в горах, что это – чужой человек? Ведь они уже получили подарки и ждут следующих. Лохов учитывал все нюансы этой восточной страны. Он шикарно одет, не жалеет денег на угощения. Как было близким и особенно матери его отвергнуть? Хорошо, пусть даже не сын. Но он-то искренне считает немолодую женщину матерью, зачем его разуверять, отталкивать? Поэтому у отчего дома полуслепая мама поднялась со скамейки, ощупала голову пришельца, встала на колени, произнесла молитву во славу Аллаха и назвала Лохова сыном.

Видимо, поняв, что пришелец богатый и уважаемый человек, она решила, что нет смысла докапываться до истины. Старушка прошептала ему: «Ты не мой сын, но ты хороший человек и тебе это зачем-то очень нужно. Считай, что я твоя мать, сынок».

Разведчик раздал подарки всем многочисленным родственникам, причём сделал это не из денег Центра, а за счёт своей фирмы. Отремонтировал домик «мамы». Три дня – и отъезд. Подтверждение родства было убедительно получено. Контрразведка отстала. Во многом это позволило Лохову провести в этой мусульманской стране со сложнейшим политическим режимом пять лет.

А его новоявленной «матери» коллеги из Центра установили пенсию, которую она получала больше десяти лет до самой кончины. Центр ещё долго получал важнейшую разведывательную информацию, за что Владимир Лохов был удостоен высшей ведомственной награды – звания почётного сотрудника госбезопасности, а также орденов и медалей.

Источник: argumenti.ru