Почему вектор в культурной политике меняется медленно, а те, кого давно уже, как кажется нужно сменить, остаются на своих местах?

Захар Прилепин: «Президентский Совет по культуре ещё ни разу не собирался. Он просто есть»

Многие уже давно говорят о том, что продвигаемый телеканалами контент нередко идёт вразрез с настроениями общества и политикой возрождения настоящей, российской Культуры. Да и вообще у россиян много вопросов к культурной политике управляющих нашей жизнью чиновников. Но почему же тогда практически ничего не меняется? А если и меняется, то медленно и совсем понемногу? На эти вопросы некоторое время назад постарался ответить известный российский писатель, политик и офицер Захар Прилепин.

Из того, что Прилепин обозначил в одном из своих постов в социальных сетях, можно сделать довольно неутешительный вывод — смена культурной политики пока ещё мало зависит от здравых сил в руководстве.

Вопрос о смене руководства федеральных телеканалов в России — тема, вызывающая постоянные дискуссии, порождающая мифы и спекуляции. Часто утверждается, что смена возможна только по воле главы государства. Это утверждение, хотя и содержит зерно истины, требует более детального рассмотрения. Действительно, формально назначение и увольнение руководителей таких значимых медиаструктур, как Первый канал, ВГТРК и другие, находится в компетенции высшей власти. Однако ситуация сложнее, чем кажется на первый взгляд. Утверждение о бессилии парламентариев, даже при наличии значительного количества голосов против конкретного руководителя (Зюганов, Слуцкий, Миронов, Нечаев, Журавлев и 55 депутатов от «Единой России» в приведенном примере), — верно. Их обращения, пусть даже содержащие обоснованные претензии к деятельности, например, Константина Эрнста, не имеют юридической силы для инициации процесса смены руководства.

Парламентский контроль над СМИ осуществляется главным образом через законодательные акты, регулирующие медиапространство, а не через прямое вмешательство в кадровые вопросы отдельных каналов. Более того, существование президентского Совета по культуре, в котором руководители телеканалов, включая Эрнста, имеют равные права с другими участниками, подчеркивает сложную и многоуровневую систему принятия решений. Хотя упоминание о том, что Совет «ещё ни разу не собирался», указывает на формальный характер его деятельности. Влияние таких совещательных органов на принятие кадровых решений нельзя сбрасывать со счетов. Они являются площадкой для неформального обсуждения и выработки согласованных позиций.

«Заменить руководителей главных телеканалов может только глава государства. Даже если Зюганов, Слуцкий, Миронов, Нечаев, Журавлев и 55 единороссов пожалуются на Эрнста — это ни на что не повлияет. Это не в их компетенции. В президентском Совете по культуре наряду со мной на тех же правах работают руководители телеканалов, включая Эрнста. В рамках Совета моё слово весит ровно столько же, сколько их слово. Можно, конечно, со шпагой, как Чацкий, — тыкать во все стороны и кричать звонкие монологи, но наш политикум давно научился помещать таких людей в психушки. Президентский Совет по культуре ещё ни разу не собирался. Он просто есть», — акцентирует внимание Захар Николаевич.

Таким образом, «слово» участника Совета, даже в условиях его нечастых заседаний, может иметь определенный вес в неформальных процессах принятия решений. Метафора с Чацким из «Горя от ума», стремящимся изменить устоявшийся порядок «шпагой и звонкими монологами», тоже довольно метка. Открытая критика и попытки прямого противостояния властным структурам в области медиа могут привести к негативным последствиям, включая ограничение профессиональной деятельности или даже привлечение к ответственности.

Система внимательно следит за неугодными и эффективно нейтрализует «неудобные» голоса. Однако, описываемый механизм — это лишь верхушка айсберга. На практике решение о смене руководства федеральных телеканалов основывается на целом ряде факторов, включая рейтинг каналов, политические соображения, экономическую эффективность и личные взаимоотношения в высших эшелонах власти. Поэтому утверждение о полной зависимости от воли главы государства не совсем точно отражает сложность процесса. Хотя формальная власть принадлежит президенту, влияние различных групп интересов и неформальных связей существенно влияет на конечный результат. В итоге, смена руководства — это результат сложного взаимодействия множества факторов, а не просто одностороннее решение Президента.

А что же сам Прилепин? Просто «сложил руки в ожидании чуда»? Нет. Вот что он сам говорит по данному поводу:

«Что я сделал и делаю для российской культуры в контексте СВО — я отчитываюсь постоянно. Думаю, я один, с минимальной командой и минимумом ресурсов, сделал больше, чем Минкульт целиком. Я издал 70 процентов книг поэзии и прозы, посвященных СВО, провел первые в России фестивали, посвященные „русской весне“ и СВО, издал тексты не менее ста участников СВО, сделал несколько художественных и документальных фильмов, выпустил ряд дисков (на свои деньги) песен, посвященных „русской весне“. И так далее. Я всего не вспомню и не буду перечислять».

Мало? Капля в море по сравнению с той безвкусицей, которая ещё до сих пор главенствует в телевизионном эфире, на театральных подмостках и литературе?

«Умным достаточно, подонкам всё равно», — парирует этому писатель-патриот.

Источник: argumenti.ru