Журналист Игорь Глуховский: «Плохо, когда общество начинают учить жить необразованные и недалёкие „шариковы“ и „швондеры“»

Активисты предложили запретить одну из сказок Пушкина из-за фразы, в которой им показалась пропаганда ЛГБТ*

Бороться со злом необходимо. Но даже в этом случае не нужно уподобляться тому дураку, который молясь себе лоб об пол разбивает, как говорится в русской народной пословице. Так в священной войне с насаждаемой издавна нетрадиционной половой извращенностью, активисты-общественники решили потребовать запретить сказку Великого русского классика, Александра Сергеевича Пушкина. Общественники усмотрели в ней пропаганду тех самых извращений.

Звучащее в давно уже ставшей классикой и шедевром мировой, а не только русской, литературы пушкинской «Сказке о мертвой царевне и семи богатырях» «По усам текло, а в рот не попало» содержит скрытый намек на гомосексуальные отношения. Так решили общественники. Представители некоего общественного движения, усердствуя в своей исключительности решать, что и как должно быть, обратились с заявлением в Министерство культуры РФ.

Столп и светоч русской литературы и представить не мог, что его строки однажды станут обвинением в символической «неправильности». По усам текло, но в рот не попало! Да как же так, что это за намёк такой? Общественники не могут не встревожиться: что, если вдруг в голове у юного читателя при этих словах возникает нечто запретное? Видимо не хватает у этих «общественников» образованности, коли не знают, что изначально это была старая русская поговорка, а поэт лишь включил её в текст, как дань фольклорной культуре. Это вам не «котик дай мне в …», выданное поп-королём Филиппом Киркоровым.

Плохо, когда учить общество начинают необразованные и недалёкие «шариковы» и «швондеры». Ничего хорошего от этого не выйдет. Кстати, а что только на пушкинской сказке останавливаться? Есть ещё масса произведений русских классиков, на которые могут косо посмотреть подобные «общественники»! Вот, к примеру, в романе Льва Толстого «Анна Каренина» описана сцена измены, что потенциально подходит под формулировку «отрицание семейных ценностей». Да и гибель главной героини в драме Александра Островского «Гроза» может быть воспринята теми, кто «лбом о пол», как пропаганда суицида, а также отрицание семейных ценностей. Писатель показывает, как Катерина совершает грех, изменяя мужу, не из великого чувства, а из желания. А в рассказе Михаила Булгакова «Морфий» ярко описано пристрастие главного героя к наркотическим средствам. Исходя из этого, в произведении рассказывается об аморальном образе жизни. Ну и, как же в этом потенциальном списке на «справедливый гнев общественников» без «Лолиты» Владимира Набокова? В романе то рассказывается о запретной связи между 12-летней девочкой и взрослым мужчиной. Пропаганда педофилии?

Идём дальше. В «Преступлении и наказании» ещё одного столпа русской литературы Федора Достоевского показано проявление сочувствия по отношению к героине, которая, по сути, занимается проституцией ради спасения семьи. А в «Бедной Лизе» русский классик Николай Карамзин рассказывает о девушке, которая настолько влюбляется в приезжего Эраста, что готова отдаться ему, несмотря на христианские верования и мораль того времени. В книге также описана сцена самоубийства. Многие стихотворения Сергея Есенина из «Исповеди хулигана» «активисты» могли бы посчитать отрицанием семейных ценностей. В одних он рассказывает, как топит печаль в алкоголе и забавах, в других с грустью пишет о смерти. Впрочем, хватит. Не дай Бог они это всё воспримут как руководство к действию, а Минкульт и Роскомнадзор особо разбираться не захотят и запретят русскую классику!

Как говорится, с такими друзьями, как подобные «общественники» и врагов не надо. Ибо подобные «друзья» могут нанести нашему обществу гораздо больше вреда, чем враги …

*движение признано в РФ экстремистским движением и запрещено, Росфинмониторинг внес его в перечень террористических и экстремистских

Источник: argumenti.ru