Казнь в Лувесьене: неразгаданная тайна массового убийства россиян во Франции

Молодой сын бизнесмена, расстрелявший шестерых родственников и знакомых, уже отбыл срок, но вопросы остались

Это преступление потрясло всю Францию. В феврале 1995 года на вилле в пригороде Парижа Лувесьен нашли тела шестерых человек, одним из которых был крупный российский бизнесмен Евгений Полевой. Ответственность за жестокую расправу неожиданно взял на себя 16-летний сын коммерсанта от первого брака Алексей, который якобы воспылал ненавистью к отцу-самодуру. Однако, позже юноша отказался от признательных показаний и сообщил, что домочадцев расстреляли двое российских киллеров-профессионалов, которые угрозами вынудили его взять вину на себя. Эта версия была больше похожа на правду, но французские сыщики лишь отмахнулись от нее, продолжая «топить» Полевого-младшего. Он и был осужден за это преступление, но споры о том, была ли в тот раз права Фемида, не стихают до сих пор. Историю одного из самых страшных преступлений в истории современной Франции решил вспомнить «МК».

Евгений Полевой

Лесных дел мастер

Около трех часов ночи 27 февраля 1995 года в полицию парижского пригорода Лувесьен поступило сообщение о массовом убийстве на одной из расположенных на улице Грессе вилл, где жил 42-летний российский бизнесмен. Прибыв по указанному адресу, стражи порядка обнаружили в жилище тела хозяина дома, еще двух мужчин и трех женщин.

Убитым коммерсантом оказался крупный лесопромышленник Евгений Полевой, который родился в 1965 году в семье бывших партизан в Витебске. После окончания МГИМО, куда Полевой поступил без всякой протекции, и службы в армии в качестве военного переводчика, Евгений начал свой трудовой путь с работы в обществе дружбы «СССР — Франция». Там он быстро оброс полезными связями среди влиятельных чиновников обеих стран — в числе приятелей Полевого был будущий президент Франции Франсуа Миттеран. Благодаря влиятельным друзьм Евгению удалось обзавестись трехкомнатной квартирой в центре Москвы, где он поселился вместе с женой, библиотекарем Раисой и сыном Алексеем. Ближе к середине 90-х Евгений перепрофилировался в снабженцы и занял соответствующую должность в Министерстве морфлота. Коллеги по-разному отзывались о Полевом: кто-то отмечал его оптимизм и дружелюбие, а кто-то — склочный, вредный характер и безмерную наглость.

«В 1985 году Евгений потерял всякий стыд. Он испытывал наслаждение, ставя людей в унизительное положение. Однажды заявился на юбилей моего начальника с проститутками» (из воспоминаний одного из сотрудников Министерства морфлота)

Не чужды были Евгению и подковерные интриги: в стремлении подняться по карьерной лестнице, он принялся «топить» руководителей ведомства, обвиняя их в расхищении госимущества. Произошли перемены и в личной жизни мужчины — он развелся с Раисой и женился на новой возлюбленной Людмиле Шаломовой.

Конец 80-х ознаменовался для Полевого очередной сменой деятельности — благодаря помощи знакомого новой супруги он основал предприятие по торговле лесом «Интерпром». В штат он подтянул немало полезных для дела сотрудников: к примеру экс-заместителя министра лесной промышленности СССР Николая Савченко и генерала КГБ, опытного чекиста Владимира Фоненко, который занял должность начальника кадров. Еще одним детищем Полевого стала фирма «Ригел», которую он основал в 1992 году в Туркмении. По некоторым данным, эта структура использовалась для отмывания денег. Подозревали Евгения также в подпольной торговле нефтью и драгметаллами, но доказательств для прямых обвинений так и не нашлось.

В бизнес-сообществе комменсанта Полевого не любили: его характеризовали как жадного, изворотливого и беспринципного предпринимателя, а его бывшие партнеры Владимир Романов и Владимир Фоненко отмечали, что Евгений — «негодяй, который не умел вести себя как полагается в делах». Обвиняли предпринимателя и в том, что он обворовывает партнеров через подставных лиц: со счетов компании периодичнски исчезали крупные деньги, которые поступали на личные счета бизнесмена в европейских банках. Нажив себе кучу врагов в России, Полевой вместе с женой перебрался во французский Лувесьен, но продолжал периодически наведываться в Москву по делам своей компании. Во Францию переехал и сын коммерсанта от первого брака Алексей. Со времнем Евгений определил наследника в престижный лицей в парижском предместье Мезон-лаффит, снял ему квартиру в Париже, купил машину и выделял по 10 тысяч франков ежемесячно. Помимо учебы Полевой-младший активно занимался регби и весьма преуспел на этом поприще. В 1992 году у мальчика появилась сводная сестра Наталья — на момент расстрела ее семьи девочке было всего 2,5 года.

Убийца по крови

Оба ребенка Полевого выжили в кровавой бойне: Наташа мирно спала в своей комнате, а 16-летний Алексей — он и вызвал полицию — встречал оперативников на пороге дома и несколько раз произнес фразу «они их всех убили». Вскоре выяснились личности других погибших: ими оказались Людмила Шаломова, ее родители Федор и Зинаида, а также друзья семьи — десантник-афганец Вячеслав Деревягин и его жена Ольга Павлова. Все они, включая Евгения, были убиты из огнестрельного оружия, а окровавленная гостиная, где произошла расправа над большинством из жертв, напоминала интерьер из эпизода фильма ужасов. Обнаружили пятна крови и на одежде Алексея, но значение этому факту придали лишь после того, как эксперты нашли на руках подростка следы пороха, а на пистолете, найденном около тела Зинаиды Шаламовой — его отпечатки. Внезапно Полевой-младший признался — мол, это он расправился с домочадцами и гостями.

«Вначале все французские газеты, касаясь этого массового убийства, уверенно заявляли, что это дело рук русской мафии. Однако уже через несколько дней объявился настоящий убийца» (из книги Федора Раззакова «Бандиты времен капитализма»)

Слова юноши вызвали поначалу недоверие следователей, но на допросах и следственных экспериментах Алексей развеял их сомнения — он вполне достоверно воспроизвел картину произошедшего. Первым от рук сына погиб отец, который и являлся главной его целью. Молодой человек рассказал, что Евгений был весьма авторитарным родителем и, в попытках вырастить из Алексея настоящего мужчину, применял к нему жесткие воспитательные меры — наказывал за любую провинность, а иногда и бил. Кроме того бизнесмен любил выпить и в состоянии алкогольного опьянения часто придирался к наследнику. 25 февраля между пребывавшим в запое отцом и сыном произошла очередная стычка, в ходе которой Полевой избил отпрыска, отобрал у него паспорт и вдобавок запретил ему выходить из дома. Вечером следующего дня отец с мачехой устроили посиделки с их друзьями в гостиной на первом этаже, куда в надежде на милость отца заявился Алкесей и стал просить отпустить его на свидание с любимой девушкой. Но успевший как следует поднабраться спиртным Евгений прогнал сына, что, по словам Полевого-младшего, и стало последней каплей. Он отправился в кабинет отца, где тот, являясь страстным охотником, хранил свой арсенал, и вооружился карабином Unique mod. X51 Bis 22LR с глушителем и оптическим прицелом.

Путь малолетнего убийцы лежал на расположенную за окнами гостиной терассу: увидев, что отец сидит на диване к нему спиной, Алексей взял его на прицел. На допросах юноша рассказал сыщикам, что долго не решался выстрелить в Евгения, но затем взял себя в руки и нажал на спусковой крючок. Первый же выстрел достиг цели — пуля угодила в голову Полевому, но не задела мозг. Следом в его тело вошел второй выпущенный сыном заряд. Коммерсант упал на пол и в поисках спасения пополз в сторону коридора. Тем временем Алексей, переместившись в другую точку терассы, принялся устранять свидетелей. Он метко выстрелил во вскочившую с дивана Людмилу — вскрикнув, женщина упала на пол. Потом, заметив маневр Полевого, юноша кинулся ему наперерез и, настигнув в коридоре, еще дважды выстрелил в родителя. Дальнейшие действия Алексея были иррациональны: совершенно непонятно с какой целью Полевой-младший вернулся на терассу, разбил стекляную створку и таким образом проник в гостиную.

На свою беду в этот момент туда вернулся отлучавшийся на время из гостиной Вячеслав: оказавшись под дулом карабина и подчинившись требованиям Алексея лечь на пол, мужчина тут же получил смертельную пулю в голову. Следом настал черед Ольги, которая сидела на диване: сделав котрольный выстрел в голову лежащей на полу Людмиле, Полевой-младший подошел к Павловой и открыл огонь на поражение. После чего, вернувшись в кабинет отца и перезарядив ружье, он оправился добивать еще живого Деревягина, но карабин дважды дал осечку. Тогда Алексей сменил оружие на AO-222 — реплику автомата Калашникова с укороченным стволом и глушителем — и из нее убил Вячеслава. Но и АО внезапно заклинило — настал черед однозарядного пистолета с глушителем SAPL Custom-Silence cal. 22LR: из него убийца добил Ольгу и сделал еще один выстрел в Людмилу.

«У него очень нежная душа»

Следом, поднявшись на второй этаж, юный душегуб вошел в комнату родителей Людмилы, с ходу пустил пулю в седце Федора и приказал остолбеневшей от страха Зинаиде отправляться на поиски его паспорта. Документ в итоге найти не удалось, и тогда, уложив гостиной женщину лицом в пол, Алексей убил ее выстрелом в голову. Мирно спавшую в детской на втором этаже сестру Наташу он не тронул. На часах было около полуночи — бросив пистолет рядом с телом Зинаиды, Полевой-младший сел в машину и отправился в Париж. На виллу он вернулся три часа спустя и только тогда вызвал полицию.

Версия о причастности к расстрелу Алексея настолько устроила французских следователей, что они поспешили закрыть глаза на ряд несостыковок в показаниях подозреваемого. Зато на них обратили внимания обыватели и пытавшиеся провести самостоятельное расследование журналисты.

«Манера этого убийства, характер его проведения говорят о том, что все было сделано профессионально, на высоком уровне. И это очень непохоже на подростка, который бегает, нервничает и хочет всех поубивать. А второе сомнение, которое появилось — было бы очень трудно убивать одному. Очень маловероятно, что это сделал один человек» (журналистка Катрин Эрей)

Новость о том, что молодой человек безжалостно расправился со своей семьей и их гостями, потрясла всех, кто неплохо знал Алексея. Полевого-младшего за мягкий характер за глаза звали «Русским медвежонком», и его приятели категорически отказывались верить, что дружили с хладнокровным убийцей.

«У Алексея была очень нежная душа, он располагал к себе людей, легко сходился с ними. В отличии от отца, от Евгения, он не был таким рассчетливым человеком, не был таким жестоким. Я убежден — это [сделал] не Алексей. Могу точно сказать — это не он» (лицейский приятель Алексея Полевого)

Вызывало определенные сомнения высокое стрелковое мастерство не имевшего особого опыта обращения с оружием Алексея: из шестнадцати произведенных им выстрелов целей достигли пятнадцать из них. Также экспертами было установлено, что первый выстрел в Людмилу был произведен из нижней точки, что означает — убийца лежал на терассе. А, согласно показаниям Алексея, он в этот момент находился на ногах.

«Есть, конечно, большие противоречия между признанием Алексея, его поведением на месте преступления и результатами балистических и технических экспертиз. Есть очевидные пробелы, непонятности и откровенные загадки» (адвокат Вильям Бурдон)

Алексей Полевой

«Он обречен»

Также выяснилось, что незадолго до гибели Евгений привел все свои дела в порядок, просил няню Наташи в случае чего спрятать дочь. А на вопрос удивленной женщины что случилось, ответил — мол, в него стреляли во время одного из визитов в Москву. Вероятно речь шла о зиме 1993 года: в день отлета, когда Полевой уже ехал в Шереметьево, его авто обстреляли ехавшие в Mercedes незнакомцы. Не обошлось без стрельбы и во время другой, на этот раз совместной с Алексеем поездки в Россию. В один из вечеров Евгений заскочил к Раисе, у которой в тот момент гостил сын, и они решили попить чаю. Этим воспользовались недоброжелатели Полевого, которые пальнули в окно соседней комнаты. Как объяснили Полевым прибывшие на место стражи порядка, этот прием характерен для бандитов, которые таким образом запугивают несговорчивых коммерсантов. Но больше няни Полевой шокировал мужа своей сестры, которого попросил организовать ему, Евгению, пышные похороны и веселые поминки в Белорусии — опять-таки в случае чего.

«Поступки Полевого, во всяком случае, очень напоминают действия человека, чувствующего, что он обречен… Кого он боялся? По мнению журнала, ссылающегося на неназванного представителя российского МВД, у них [Полевого и его компаньонов] «возникла проблема дележа прибыли». Полевой со временем стал слишком много брать на себя и забывать тех, кому был обязан своим положением» (спецкорреспонденты «L’Événement du jeudi» в Москве Агат Дюпарк и Софи Ламброскини)

По словам одного из знакомых Полевого, Евгений говорил ему, что его преследует мафия: один раз и сам француз стал свидетелем, как машина бизнесмена была блокирована пожелавшим переговорить с ним тет-а-тет молодчиком славянской внешности в джинсовой куртке. А обитатели Лувисьена вспоминали, что незадолго до гибели русских напротив их виллы в течении недели работали электромонтеры. Однако, в компании, в форму которой были одеты работяги, вызов электриков на эту улицу зафиксирован не был. В следующую ночь после убийства было установлено, что кто-то дважды проникал на виллу Полевого. К слову, при последующих обысках жилища, оперативники не нашли принадлежащих Евгению компьютерных дискет и красной папки с важными по его бизнесу документами — о наличии этого досье следователям поведали знакомые Евгения.

«Всем это выдали под тем соусом, что это были журналисты, которые искали фотографии. И следователи не попытались связать эти вторжения с убийством Полевого. В особенности они никак не связали это с тем досье, которое исчезло из дома» (журналистка Катрин Эрей)

В итоге, кем были совершившие вторжения люди, так и осталась загадкой для следствия. Как и то, куда подевались 300 тысяч долларов, исчезнувшие с личного счета бизнесмена и несколько миллионов долларов с люксембургских счетов «Интерпрома» через пару дней после смерти Полевого. В июле 1995 года прямо на своем рабочем месте умер управляющий компанией «Интерпром» Геннадий Шайтанов — официальнлй причиной смерти стал инфаркт.

«Убийца говорил по-русски»

А в ноябре 1995 года в расследовании массового убийства произошел новый поворот — Алексей внезапно отказался от признательных показаний и заявил, что отец и остальные погибли от рук двух киллеров.

«Убийца прятался на террасе. Этот человек, расстрелявший всю семью, был в маске, одет во все черное, говорил по-русски» (из показаний Алексея Полевого)

По словам юноши, один ликвидатор начал внезапную атаку со стороны терассы, второй проник в дом с другой стороны: в считаные минуты они перестреляли всех, кроме Зинаиды. Женщину они заставили искать ту самую красную папку, а затем тоже убили. Все это происходило на глазах у Алексея, которого один из киллеров заставлял ходить вслед за ними и запоминать все нюансы рассправы.

«Убийца сказал мне: «Ты видишь, что мы можем!» (из показаний Алексея Полевого)

По приказу убийцы Алексей несколько раз перезаряжал карабин, автомат и пистолет — оттуда на них и появились отпечатки пальцев юноши. Преступники даже вынудили бедолагу сделать по одному выстрел в уже бездыханные тела отца и мачехи. Закончив, ликвидаторы потребовали взять вину за бойню на себя.

«Он [Алексей] сделал это признание, потому что убийцы или убийца заставили его. И пригрозили тем, что могут убить его семью, тех, кто остались — мать, которая является для него самым родным человеком. Поэтому он был вынужден пойти на этот шаг и дать эти показания, то есть обменять показания на жизнь матери» (адвокат Алексея Полевого Вильям Бурдон)

Слова сына подтвердила его мать Раиса, которой Алексей во всем сознался во время их первого свидания после его ареста. Первый адвокат молодого человека настоял на том, чтобы Полевой-младший держал рот на замке до окончания всех следственных действий и экспертиз. Однако, спустя полгода родственникам обвиняемого стало известно, что юрист является другом и соседом главы следственной группы по делу Полевого. Было принято решение сменить защитника — новый адвокат Вильям Бурдон тут же дал добро на смену показаний Алексея. Однако, следователи фактически проигнорировали столь важную информацию: они не могли не заметить множество несостыковок в версии о причастности Полевого-младшего, но он был им крайне выгоден в качестве обвиняемого — вступать в противостояние с русской мафии никто из сыщиков желанием не горел. В пользу этой версии говорит и тот факт, что к уликам не был приобщен найденный на разбитом стекле терассы клок волос, который не принадлежал Алексею.

«Можешь не волноваться за Алешу»

За племянника решил вступиться его дядя Дмитрий Полевой, которому осенью 1995 года по наследству перешла фирма Евгения. К слову, удержать бизнес брата у него так и не получилось, и «Интерпром» спустя некоторое время развалился. Дмитрий сконцентрировался на поисках доказательств невиновности Алексея, чем в итоге подписал себе смертный приговор. По словам самого мужчины он собрал все необходимые для освобождения юноши сведения. Этим он хвастался в ходе неофициальной беседы с одним из следователей Московской прокуратуры и во время визита в Минск, где проживала его мать.

«И он стал мне хвалиться — «Мама, я освобожу твоего внука, можешь не волноваться за Алешу. У меня есть документы, лежат в сейфе, я их скопировал и отдал в три надежных места» (из воспоминаний матери Евгения и Дмитрия Полевых Людмилы)

Погостив у родительницы, Дмитрий ненадолго заскочил домой в Витебск, планируя затем лететь в Париж для встречи с французскими следователями. То, что за ним ведут пристальную слежку расположившиеся неподалеку от его дома в машине с московскими номерами незнакомцы, мужчина на свою беду не заметил. В итоге Дмитрий был похищен в момент, когда вечером ставил свою машину в гараж. Его тело обнаружили в поле за городом — Полевого убили выстрелами в голову. Собранное им досье бесследно исчезло вместе с копиями.

«Факт, который шокировал — это то, что французское правосудие совершенно не хочет сотрудничать с русским. Что они не провели никаких параллелей между убийством Дмитрия Полевого и убийством его брата» (журналистка Катрин Эрей)

Окончания следствия Алексей Полевой ожидал в расположенном во французской коммуне Буа-д’Арси тюремном отделении для несовершеннолетних. Даже учитывая юный возраст убийцы на момент совершения им массового расстрела, Алексею грозило 20 лет тюрьмы — прокурор попросил у суда по делам несовершеннолетних на два года меньше. Однако, несмотря на то, что Полевого в 1998 году признали виновным, ему было назначено всего 8 лет тюрьмы Вал-де-Рей, из которых к моменту вынесения приговора три года юноша уже отсидел. В оставшийся срок, проведенный в заключении, Алексей время даром не терял — по словам его воспитателя, он много читал и активно готовился к экзаменам, планируя продолжить учебу в лицее. Освободился Полевой-младший в июле 2000 года в возрасте 22 лет: после того, как он оказался на свободе, его следы затерялись. По некоторым данным, все еще опасаясь врагов отца, возвращаться в Москву к матери молодой человек не рискнул и обосновался во Франции.

Источник: www.mk.ru