Злодеи в коротких штанишках

Жуткие истории о «лихих 90-х» до сих пор добросовестно снабжают наши теле- и кинофильмы захватывающими страшилками. Что делать, если древнеримский призыв «Хлеба и зрелищ!» оказался весьма живуч и монетизирован почему-то особенно в наши дни и в нашей стране.

Но родоначальники т.н. «люберецких», «солнцевских» и проч. явились на свет в России гораздо раньше и объединяло эти хоть и разрозненные пофамильно, но общие по своей преступной сути банды лишь одно прилагательное: «казанские».

   Беспредел на красной зоне

Именно такими словами пожилые «засиженные» зэки, прошедшие еще сталинские лагеря, осторожно называли то, что внезапно в середине 70-х годов стало происходить на улицах некогда спокойной и миролюбивой Казани. Десятки и сотни подростков, многим из которых недавно исполнилось по 12-13 лет (а были там даже и десятилетние!) вдруг стали сбиваться в стаи исключительно по месту своего проживания для того, чтобы доказывать остальным окружающим собственную силу и исключительность.

Доказывали традиционно просто: дрались «дом на дом», «двор на двор», «стенка на стенку» и т.д. Выходить на улицу добропорядочным жителям города стало проблематично: их могли и просто побить ни за что «для острастки», могли и покалечить серьёзно. Наиболее часто подобные вспышки подростковой агрессии стали проявляться на улицах и переулках вблизи местного завода «Теплоконтроль».

В хрущёвках, заполонивших тот район, в основном проживали семьи рабочих с «Теплоконтроля». Это были вчерашние крестьяне, некогда перебравшиеся в столицу Татарии за более сытой и насыщенной жизнью, т.е. самая обычная «пролетарская» слобода. Но сытая и насыщенная жизнь просто так в руки не давалась: надо было ежесекундно вкалывать на рабочих местах, строго выполнять и  перевыполнять заводской план и участвовать в малопонятном вчерашним пахарям и хлеборобам т.н. «социалистическом соревновании».

Пока родители между бухими воскресеньями боролись за светлое будущее в цехах, их детишки, предоставленные самим себе, осваивая местные улицы в отместку за приклеившуюся к ним уничижительную кличку «деревенщина», начали отлавливать и избивать на улицах своих коренных сверстников. Так незаметно на свет появилась и стала активно крепнуть первая в Советском Союзе ОПГ «Теплоконтроль».

Удивительно, но местные власти от участковых до всесильного райкома партии до поры на творившееся во дворах особого внимания не обращали: дескать, это возрастное, подерутся – помирятся… Кто в детстве и юности не махал кулаками? За то на зреющую и неорганизованную пока силу положили глаз другие люди, придерживавшиеся более прагматичного принципа: «если не можешь остановить процесс, возглавь его!» Именно так мыслили не состоявшийся в большом спорте боксер Завдат Хантимиров, отгулявший по местным зонам несколько сроков Сергей Антипов и неудавшийся дипломированный педагог Сергей Скрябин.

Джавду, Антипа и Скряба (такие блатные «погоняла» они для полного самоутверждения дали сами себе – авт.) объединяло общее атавистическое желание подмять под себя всю неорганизованную пока толпу агрессивных и готовых на многое юнцов. «Главное – втянуться в драку»! – вспомнил ставший главарем Джавда постулат некогда студента Казанского университета Владимира Ульянова. В общем, втянулись. Объединились. Подмяли. Джавда, припомнив свои боксерские тренировки, парой ударов прилюдно вырубил некоторых непонятливых  малолеток, чем окончательно доказал и главенство в новом сообществе известного правила «Сила есть – ума не надо!» Пацаны, страдающие как и все малолетки отсутствием жизненного опыта, с радостью подчинились новым авторитетам и «тяп-ляповцы» (как они стали отныне величаться) начали расправлять плечи…

  Фильтруй базар, шелуха!

Как в любом организованном сообществе, в новосозданной ОПГ были быстро созданы язык и форма общения между её членами. Сама банда стала называться «конторой», а ее более мелкие составляющие получили название «коробки». Участников т.н. «коробок» и «конторы» тоже поделили по названиям: самые малолетние (до 13 лет) звались «салагами», от 14 до 16 лет откликались на «суперов», те, кому перевалило за 18 звались уже «молодыми». Те, кто перешагнул двадцатилетний жизненный рубеж и старше звались соответственно «старшаками».

Авторитеты «тяп-ляма» Джавда, Антип и Скряба поддерживали в группировке жесточайшую дисциплину, исключавшую наркоту, спиртное и даже курение. За нарушение хоть одного из правил следовало мгновенное прилюдное избиение провинившегося. Особо славился этим Джавда, отрабатывавший на слабаках таким образом и когда-то полученные боксёрские навыки. Тех, кто осмеливался рискнуть повторить нарушение, ждала быстрая смерть. Убитых закапывали в близлежащих перелесках. Повальный страх и круговая порука обеспечивали в ОПГ всеобщее молчание и абсолютное подчинение младших перед старшими.

Глубокая идеология подменялась блатными «понятиями», о которых подробно рассказывал опытный уголовник Антип. О том, чтобы эти понятия прочно укрепились в сознании молодых соучастников заботился недоучившийся педагог Скряба, что, судя по дальнейшим делам ОПГ, ему вполне удавалось. Общее руководство взял на себя Джавда: «О нас ещё услышат!» — уверял он подельников.

При этом сами лидеры лично себя особыми ограничениями никак не обременяли: любили дорогие кабаки с хорошей выпивкой, Антип еще с тюремных времен баловал себя наркотой, вместо спортзала изнуряли себя ночными саунами с девочками. В общем, жизнь «на всю катушку!»

Окрепнувшей группировке вскоре стало тесно в границах лишь своего района. Подчинив там вся и всех и обложив уже тогда данью директоров местных торговых точек (на красивую жизнь были необходимы деньги), «тяп-ляповские» двинулись в соседние микрорайоны. Задача их главарей была глобальной: взять под абсолютный контроль всю Казань, а там, глядишь и до столицы рукой подать…

В чем-то им это удалось: многие  москвичи наверняка помнят толпы мрачных подростков в одинаковых телогрейках и ушанках и широченных портках молчаливыми серыми рядами вышагивающие с перронов Казанского вокзала вглубь столицы. Для полной идентификации даже особые значки с буквами «Т» и «К», над которыми располагалась как символ абсолютной власти некая корона. Значки для сотен участников группировки бесплатно штамповали местные металлоремонтные заводики и мастерские. Видимо, в свободное от производства комсомольских символов время…

Очень быстро «тяп-ляповцы» поставили под свой контроль всю близлежащую городскую шпану, пополнив свои ряды многими из них. Несогласных со своими законами жестоко избивали и те присягали на верность новым хозяевам уже под жёстким прессингом. Детские игры в «войнишку» и «казаки-разбойники» принимали другие, более звериные очертания. Джавда и его подельники радовались и …богатели: новой ОПГ исправно платили подать как государственные рынки, магазины, кафе и т.д., так и подпольные спекулянты, валютчики и проститутки.

К концу 70-х годов численность ОПГ «Теплоконтроль» перевалила за 500 человек и вышла в Казани на лидирующие позиции. К Джавде на поклон потянулись лидеры более мелких, молодежных банд. Многие становились под его «знамена», веря в обещанные будущие «доли» от удачливых операций. Кто-то их действительно получал. А кто-то получил и пулю за ослушание. В стае всегда прав тот, кто сильнее…

  Стучат? Закройте дверь!

По криминальной статистике преступник быстро привыкает к чьей-то пролитой крови: сразу после первого же покушения. В «Теплоконтроле» этот принцип главарями был положен в основу всего воспитания своих подчиненных. Малолетней «шелухе» говорили: «ты мелкий, тебе ничего по закону не будет. Иди и убей!» Те верили и шли. Так, например, свой уже кровавый период активности ОПГ начала с визита к продавцу местного винного магазина «Ласточка» некому Гришину. Тот, на свою беду, был еще и заведующим ларьком по приему пустой стеклотары, то есть по советским меркам – человеком небедным. Подошли на улице. Окликнули. Представились. Неокрепшими юными голосами назвали ему цену, которую Гришин отныне должен будет регулярно выплачивать в общак ОПГ. Тот усмехнулся, предложил пацанам монету в 3 копейки на стакан газировки с сиропом и послал их куда следует. В ответ… немедленно получил заряд дроби в упор из обреза охотничьего ружья. Так в истории заказных покушений ОПГ «Техноконтроль» появилась первая запись.

Криминальная биография банды разрасталась. В городе уже на всех кухнях пересуды начинались с обсуждения их очередных преступлений. Родители закрывали детей дома, а сами старались не выходить лишний раз на улицы. Тревога повисла над столицей Татарстана. Но партийные власти города почему-то особой тревоги не поднимали: может не хотели портить благостные отчеты наверх, может и в самом деле уверовали в то, что, дескать, дети побалуются да и помирятся.

Лидеры ОПГ этой номенклатурной показухой решили воспользоваться сполна. В документах МВД Татарстана от августа 1978 года есть запись: «…31 августа 1978г. в 20:30 группа хулиганствующей молодежи в количестве 40-50 человек, вооруженных огнестрельным оружием (обрезами) и металлическими прутьями, в масках двинулись от речного вокзала по улицам Новотатарской слободы. Банда рассредоточилась по обеим сторонам улиц с целью забивать и стрелять граждан.

В результате беспорядочной стрельбы в направлении стоящих на обочине людей убит 74-летний Абдулбарий Закиров, ранены 10 человек, в том числе двое сотрудников милиции…»

В этот раз в Казанском обкоме КПСС схватились за головы всерьез: грозный звонок раздался уже из самого ЦК КПСС! Ситуацию озвучил на самом верху партийной советской власти – в Политбюро! О ЧП сообщили Брежневу! Карательная машина стала набирать ход…

Грозный окрик в республиканское МВД прозвучал как сигнал тревоги: на улицах появились вооруженные милицейские патрули, заурчали моторы бронированных БТРов из внутренних войск, были срочно вызваны и допрошены многочисленны агенты и свидетели. На «тяп-ляп» началась массовая, хоть и с опозданием, но охота: она того к тому времени этого кратно заслужила.

На скамье подсудимых в клетке и наручниках испуганно ёрзали тридцать основных «молодых» и «старшаков» ОПГ. Если бы не мрачные конвойные и строгие судьи, можно было бы подумать, что в зале собрались недавние выпускники какой-нибудь средней школы, чтобы поболтать о своем будущем трудоустройстве. Впрочем, именно об их будущем вскоре и пошел разговор.

Подсудимым доказали 36 грабежей, 15 покушений и 4 совершенных убийства. Джавда-Хантимиров получил «высшую меру», остальным досталось от 5 до 15 лет. Идеологу Антипову и лже-педагогу Скрябину дали тоже по 15 лет. Мечта, озвученная когда-то их лидером Джавдой, осуществилась в полной мере: и о нем, и о его подельниках, и об их кровавых делах не только услышали, но и в полной мере воздали им должное.

P.S.

  Король умер! Да здравствует король?

Наверняка среди тех, кто в зале суда, затаив дыхание слушал речь судьи были и те, на кого т.н. блатная романтика оказала более сильное влияние, чем сам приговор: уже в середине 80-х в Казани появился молодежный криминальный клон «тяп-ляпа» — банда «Ходи-Такташ». Через несколько лет уже новая банда подмяла под себя и всё вчерашнее «имущество» «тяп-ляповских», и их идеологию и методы общения. В «лихие девяностые» новая ОПГ ограничено влилась уже под нейтральным названием «казанские». Впрочем, это уже совсем другая история…

Источник: argumenti.ru