Тихон Гончаров: Россия должна стать центром притяжения здравых сил

Первым собеседником наступившего года от меня для «Аргументов недели» стал мой добрый, давний друг и активный участник Русского движения из Луганска, музыкант, общественник, журналист, политик Тихон Гончаров. Мы познакомились задолго до исторических событий и вместе – он из Луганска, а я из Донецка – пробивали стену глухоты и русофобии украинского унитарного устройства. Сегодня мы уже российские граждане, и наши города вернулись в родную гавань. Тихон от общественного деятеля шагнул в законотворческую сферу. Наш разговор о нелёгком пути в Россию, призвании, стремлениях и надеждах.

– Доброго дня, Тихон! Рада встрече с давним другом! Знакомим «Аргументы недели» с живой легендой Луганска. Ты музыкант, русский активист первой волны, общественник. Расскажи, как жизнь занесла в Историю?

– Привет, Аня! Ну, я не считаю, что уже занесен прям в историю. Ничего особого я пока не сделал. Хоть и прошел путь от обычного мальчишки из шахтёрской семьи из Красного Луча до депутата Народного совета ЛНР, как субъекта Российской Федерации. В детстве, наверное, о таком не мечтал, хотя всегда интересовался историей, политикой.

В большой степени на мое становление повлиял мой отец Гончаров Валентин Андреевич, который, будучи по профессии шахтёром, а также сиротой с 15 лет, воспитал сам себя русским патриотом благодаря русской и мировой литературе, музыке, искусству. После того, как страна развалилась, Донбасс насильно был отторгнут от остальной России, мой отец занялся общественно-политической деятельностью: возглавил общество Русской культуры «Русь», ставшее впоследствии Движением Владимира Мономаха «Русь», потом создал, сам издавал и редактировал мощный журнал «Русское слово», ставший настоящим рупором русских людей на Украине. Фактически, именно отец меня воспитал в таком русском патриотическом национальном духе, и благодаря ему я сделал первые и вторые шаги в общественно-политической деятельности.

– Можно сказать, что ты сам стал творцом возврата Донбасса домой в Россию. Скажи, русские организации времён Украины испытывали на себе гнёт Киева? И была ли активная поддержка Москвы в то время?

– Русские организации способствовали возвращению Донбасса в состав России. В 1990-е годы, когда еще у людей была память о едином государстве, о промышленной мощи Донбасса в составе России, и когда они видели тот развал, который получился с так называемой «незалежностью» Украины. Параллельно люди видели то, что навязывали в СМИ и детям в школах. Я как раз в девяностые годы учился в школе и хорошо помню, как мы учили историю по напечатанным в Канаде учебникам, где «героями» были головорезы из ОУН-УПА*, бандеровцы освобождали Украину от Гитлера, а русские устроили «голодомор». Подобные «факты» вызывали у учеников какую-то ироническую брезгливость, никто это всерьез тогда не воспринимал. Но последствия этого мы увидели позже. Тогда казалось, что бредятина про «800 років московської окупації» и тому подобные «постулаты» никогда не будут всерьез восприняты, но, тем не менее, вода по капле камень точила, и оказалось, что поколение, которое выросло на этих учебниках, как раз и стало движущей силой обоих государственных переворотов — «майданов», и развязанной Западом войны внутри русского общества.

Ведь и русские, и украинцы – это все единый русский народ. Тот факт, что нас сумели стравить и направить украинцев против русских братьев, то есть, против своей же идентичности, – это скорбное «достижение» наших западных «партнёров», которые многие-многие годы работали как раз с молодёжью, прежде всего, со школьниками и студентами.

Россия в это время, к сожалению, работала с так называемой «элитой» и охраняла больше свои бизнес-интересы: трубопроводы, транзит и прочие экономические проекты. Получается, что Запад вложил в «украинский проект» даже меньше средств и ресурсов, чем Россия, но результат получился феноменальный: они сумели раздуть огонь гражданской войны внутри русского общества, переубедив часть русских в том, что они не русские и за это должны умереть…

Что касается истории русского движения. Русские организации проявляли активность в 90-е, потом в 00-е года. Среднее поколение как-то немножко выпало, и только с 2010 года пришло новое поколение русских активистов. Начались «Русские марши», крестные ходы, учредили День народного единства. С новой силой возродилась идея восстановления единства Русского государства, единства русского народа.

Все эти годы мы чувствовали поддержку разве что от наших единомышленников в России, которые не обладали достаточными ресурсами. Эта поддержка больше была моральная, организационная: пригласить на какое-то мероприятие, предоставить какую-то литературу… В то время, как наши оппоненты действовали с гораздо большими ресурсами и возможностями, чем мы. Хорошо помню, как работали грантоедские структуры на территории Луганской области. В частности, фонды «Демократические инициативы», USAID, другие американские и европейские структуры – туда уезжали студенты, которые в том числе сейчас на Украине являются новой политической элитой. Увы, со стороны России ничего подобного практически не было. Это одна из главных причин того, что украинское направление было запущено. И привело всё это к братоубийственной войне.

– Можно ли было предотвратить такой перекос в отношении к русским на Украине и выровнять отношения двух стран-соседок без кардинального исторического слома и поворота?

– На мой взгляд, та ситуация, которая сложилась между частями русского общества, русского народа, между Россией и Украиной – это прямое следствие политики, которую проводил запад: США, Европа, Канада. Они целенаправленно взращивали поколение русских людей, которые ненавидят всё русское. Это поколение, когда пришло к власти, сначала частично в 2004-м, потом в 2014-м уже было готово развязать войну. Сами эти представители «нового поколения политиков» боролись с коррупцией старых элит, будучи повязаны в коррупционных схемах и интересах со своими западными хозяевами.

Но, как уже упоминал, Россия больше работала над экономикой, над экономическими проектами и практически не работала с низовыми активистами. Надеялась на то, что власти Украины всё держат под контролем, и украинские радикалы никогда не придут к власти – такой был самообман. Так сложилось, что западные «партнёры» несколько раз наглым образом просто обманули Москву. А тогдашняя «элита» украинская, которая управляла государством, показала свою слабость. Эти несколько факторов привели к 2014 году и к последующим трагическим событиям.

Я хочу подчеркнуть, что Специальная военная операция (СВО) не была началом войны. Началом было то, что мы увидели в 2014 году, когда украинские танки, армия пошла на своих же сограждан, мирных жителей. И все эти годы республики Донбасса страдали и ждали, пока Россия заступится по серьёзному. И начало СВО мы восприняли именно как шанс закончить этот конфликт.

Вместе с тем спецоперация стала началом тектонических сдвигов в основах Государства Российского. И тут как раз, я считаю, что Господь попустил такое трудное начало и продолжение СВО, чтобы у нас и у наших властей был шанс восстановить и вернуть Россию на свой путь исторического развития, можно сказать, империя возвращается в мировую историю. И империю эту надо строить на своём тысячелетнем наследии Древней Руси, Российской Империи и Советского Союза.

– Твоя организация «Триединая Русь», как она создавалась и как сложилась её судьба в процессе всех событий?

– Организация моя называлась «Движение Владимира Мономаха Русь». Она была создана в 2000-х годах на основе Луганского областного отделения общества русской культуры «Русь», которое возглавлял мой отец. Он же сделал устав и программу «Движение Владимира Мономаха Русь». Не углубляясь в подробности, скажу, что главными двумя лозунгами движения были: русские, украинцы, белорусы – единый народ русский; Россия, Украина и Беларусь – единая Русь. Идея восстановления единства русского народа, единства русского государства была основной у «Движения Владимира Мономаха». Да, мы успели до начала войны, до событий 2014 года собрать костяк в несколько десятков молодых людей, мы проводили акции в поддержку, в том числе, наших братьев сербов: сжигали флаги НАТО и США в годовщину начала натовских бомбардировок Югославии. Мы делали Русские пробежки в Луганске, другие акции.

Но самым массовым мероприятием было проведение 4 ноября 2012 года, в честь 400-летия изгнания польских интервентов из Москвы грандиозного Крестного хода в Луганске. Это был выходной день, и на улицы Луганска вышли несколько тысяч человек. Этот Крестный ход стал самым массовым на Украине. Даже в таких городах, как Одесса, где всегда много людей выходило в этот день, Киев, где в основном были православные активисты-монархисты, вышло значительно меньше людей, чем у нас. Луганск тогда всех опередил, многие этому удивились.

Конечно же, я принимал личное участие в событиях Русской весны. После того, как «Партия регионов» сменила вектор на заевропейский, мы собирались открывать в Луганске отделения партии «Русское единство» Сергея Аксёнова. Уже подали документы в юстицию, готовили учредительную конференцию… Но потом события закрутились с такой силой, что уже ни о какой регистрации речь не шла. И дальше наступила у нас новая реальность. Что касается Движения Владимира Мономаха, то часть ребят ушла в ополчение, кто-то уехал, кто-то отошёл от дел и занялся своей жизнью, своей семьей. Сейчас часть актива работает в новом формате, но о нём позже.

– Период с 2014 по 2022 год ты был в Луганске постоянно? А семья? Как пережили военное лихолетье основное?

– Да, все эти годы я был в Луганске, если не считать краткосрочные отъезды на неделю или две в Москву. Летом 2014-го я вывез свою семью к родственникам в Подмосковье и в тот момент, когда я им вез вещи, последняя трасса в Луганск была перекрыта. Поэтому я тогда почти месяц провёл в Москве, налаживая быт своей семьи. Потом как открыли трассу, сразу вернулся в Луганск. Все эти годы я находился в городе, работал журналистом. До этого у меня был опыт написания статей в том же журнале «Русское слово» и других интернет-ресурсах. Ну а с 2014 года я стал писать именно как журналист по сводкам, что происходит в Луганске и так далее. Работал также обозревателем в информационном агентстве «Новороссия». Причём, если помнишь, у нас «Новороссий» несколько было «Новороссия.su», «Новороссия.org». Не только новостные материалы, но и аналитические в том числе в местных информационных ресурсах.

Не упоминал ещё, что по основной профессии я музыкант и до сих пор продолжаю работать в Луганском академическом симфоническом оркестре, играю на тромбоне. Это моя основная профессия и одно из призваний в жизни. Как я вижу, эта профессия мне в своё время очень помогла и помогает в трудную минуту. Когда казалось, что всё пропало, свалилось много проблем, ты приходишь в филармонию, играешь 5-ю или 6-ю симфонию Чайковского и просто благодаришь Бога за то, что позволил не только родиться русским и прикоснуться к великой русской культуре, а ещё и самому нести эту культуру в массы непосредственно в составе оркестра. Наряду с музыкой, получается, с 2014 года активно занялся журналистикой. Был отмечен в 2017 году литературной премией «Молодая публицистика России», первое место занял.

Что касается общественно-политической жизни, то с 2014 года она была, скажем так, затруднена. Но я всё равно входил в Общественный совет при первом главе, при втором главе ЛНР. Потом я так для себя решил, что вернусь в политику, уже будучи в составе России, когда у нас появится хоть какая-то политическая система.

Ну, слава Богу, за эти годы хоть и попадал несколько раз под обстрелы, но серьезно не пострадал. Причём, 2 июня 2014 года я был возле Луганской областной администрации, когда был авианалёт ВСУ. Это всё происходило на моих глазах. Этот день я не забуду никогда, как второй день рождения. Просто чудом я тогда выжил. Рядом люди были, посечённые осколками, ну и несколько раз потом я попадал под обстрелы, но Господь сохранил, и меня лично мало коснулась какая-то непосредственно военная трагедия.

– Начало СВО и её продолжение: как-то поменяла твою жизнь активизация событий?

– Начало специальной военной операции мы встретили все с большим вдохновением. Особенно помню, как услышал речь президента нашего Владимира Владимировича Путина перед началом СВО, где он как раз озвучил те постулаты, которые в том числе и мой отец печатал в журнале «Русское слово», которые мы все эти годы отстаивали. Просто услышать это из уст президента было лучшим доказательством того, что борьба моего отца, наша борьба русских активистов Донбасса, Новороссии и других регионов, была справедливой, правильной и шла не напрасно. Мой отец, Гончаров Валентин Андреевич, к сожалению, всего лишь полгода не дожил до начала специальной военной операции. Он очень переживал за будущее Донбасса, своего родного края. Я думаю, он где-то там, наверху, слышал речь президента и убедился, что его идеи будут воплощены на самом высоком уровне.

Пожалуй, соглашусь с тем, что расчёт был такой, что удастся провернуть украинский вопрос малой кровью. Но, к сожалению, не всё так гладко сложилось. Мы сейчас видим большие испытания наша страна переживает.

Я сам был мобилизован в феврале 2022 года, но потом в распределительном пункте мне дали отсрочку в связи с тем, что я по закону имел право на отсрочку как отец четырех несовершеннолетних детей.

Тем не менее, многие мои коллеги по Филармонии были мобилизованы. Мы потом видели ролики Семёна Пегова с ними. И сейчас некоторые ребята выступают по всей России. «123-й полк» – группа, которая состоит из наших ребят, они побывали в самом пекле войны: участвовали в штурме Мариуполя и много где ещё.

– Ты журналист, работаешь в Филармонии, а ещё и политик с недавних пор. В депутатство как попал?

– Я уже выше упоминал, что дал себе слово такое вернуться в политику, когда мы войдём в состав России. Я был в этом уверен, что мы войдём! И когда это случилось, я решил возвращаться, быть более активным и влиять уже на становление нашей республики в российском политическом, экономическом, социальном, культурном и всех остальных полях.

Я решил принять участие в праймериз «Единой России», которое проходило в мае. По результатам предварительного голосования, при том, что у меня не было никакого административного или иного ресурса, я занял 39 место в списке. По итогам выборов в окончательном списке партийном «Единой России» я занял 42-е место. Потому что несколько человек туда были добавлены VIP-ов. По списку «Единой России» было избрано 39 депутатов Народного Совета ЛНР. А после того, как ушли избранные депутаты, кто в сенаторы, кто отказался от мандата, как депутат Государственной Думы Виктор Петрович Водолацкий. В общем, я на второй месяц работы парламента вошёл в состав Народного Совета ЛНР вместо тех людей, которые выбыли в связи с переходом на другую работу. Таким образом я вошёл в первый состав НС Луганской Народной Республики, как субъекта Российской Федерации.

– Что будешь делать в новом качестве? Есть планы на какие-то инициативы или рано ещё об этом говорить?

– Как депутат я курирую вопросы традиционных духовно-нравственных ценностей, связи с церковью, с Православием, прежде всего. Являюсь членом гуманитарного комитета по вопросам здравоохранения, образования, культуры, семьи, молодёжи, спорта и туризма. Параллельно являюсь секретарём Луганского регионального отделения Всемирного Русского Народного Собора. Мы сумели ещё до депутатства в феврале 2023 года открыть луганское региональное отделение ВРНС и провести уже на День республики Всероссийский идеологический форум в Луганске. Это одно из двух основных направлений моей деятельности сейчас.

Работы очень много: это организация, которая продвигает ряд очень важных инициатив по демографии, по возрождению духовно-нравственных ценностей и их укреплению. И мы активно пытаемся внедрять эти инициативы в жизнь путём выстраивания диалога с властями, с депутатами, с главами администраций и т.д. Я думаю, это очень важно. Мы видим, что роль Всемирного Русского Народного Собора с каждым годом растёт. И сейчас это одна из крупнейших организаций русского народа, которая вырабатывает подходы в долгосрочной перспективе развития нашего Отечества. Поэтому вот такими вопросами я сейчас занимаюсь в Народном Совете. Также есть приём граждан, работа с населением, экспертизы законопроектов и многое другое.

Опять же это у меня общественная нагрузка, потому что, согласно российскому законодательству, региональные депутаты работают на безоплатной основе, кроме нескольких человек руководства и президиума. Добавлю, что основными целями, которые я сейчас вижу в своей работе депутатской, являются разработка демографических программ, которые для Донбасса особенно актуальны, учитывая, что у нас было несколько волн уехавших граждан. Сначала, в 1990-е годы – развалился Советский Союз, и очень многие наши жители уезжали, в основном, в Москву на заработки. Потом 2014 год – война – тоже был поток людей, как в Москву, так и на Украину. И все эти восемь лет войны люди больше уезжали отсюда. Потом была мобилизация, которая здесь была практически тотальной, и очень многие погибли из местных защитников Донбасса. Сейчас у нас демографическая ситуация в целом по России проблемная, а у нас здесь – ещё большая проблема.

Поэтому очень важно здесь, как продвигать всяческие инициативы по поддержке семей с детьми, по поддержке женщин в трудных ситуациях, так и поддерживать меры ограничения абортов, по изменению сознания людей. Также важное направление работы – это работа с молодёжью, создание православных молодёжных центров, организаций. Так получилось, что наше церковное начальство все эти восемь лет не проводило работу по многим направлениям, где эта работа должна была проводиться. Как бы всё списывалось на войну. Сейчас есть целые сферы, в которых многие годы ничего не делалось. И предстоит впереди большая работа. Поэтому народосбережение, возрождение духовно-нравственных традиционных ценностей – это наше основное направление деятельности.

– Можно сейчас сказать, что Луганск фронтовой становится уже более гражданским городом? И вообще статус российского краевого центра ощущается?

– В целом, если брать Луганскую республику, то по сравнению с Донецкой, у нас практически вся территория освобождена. В самом Луганске, конечно, мирная жизнь более-менее налаживается благодаря, в том числе, Москве. Очень много сделано сегодня у нас и в плане инфраструктуры, восстановления парков, скверов, учреждений культуры и так далее. Даже наши школы сейчас музыкальные, художественные получают очень большую поддержку из России, которой не было, не побоюсь сказать, с 1991 года. Мы действительно ощущаем сейчас большое возрождение. В наступившем году Луганск начнёт строительство нового жилья. Параллельно с военными действиями мы видим, что город преображается, и верим, что это коснётся не только Луганска, но и Донецка, и всех наших других многострадальных городов. Луганск, действительно, сейчас становится привлекательным. Сюда приезжают люди из других регионов, видя, какие усилия вкладываются в развитие. Всё это позволяет смотреть в будущее с оптимизмом. Но такое можно сказать об обстановке непосредственно в Луганске. Но есть и проблемы: это Северодонецкая агломерация, конечно же, Рубежное и многие другие. Там ещё рано говорить о каких-то масштабных изменениях, потому что близка линия боевого соприкосновения. И ситуация в тех районах более сложная.

– Мы с тобой беседуем на старте едва наступившего 2024 года. Какие прогнозы дашь в политическом и общественном плане?

– С одной стороны мы видим, что в мировых и наших СМИ есть некий запрос о мире. Часть западных элит настроена на окончание горячей фазы украинского военного противостояния и выходить на некие мирные соглашения. Вполне возможно, что в 2024 году мы станем свидетелями какого-то соглашения. Судьба у этого договора может быть такая же, как и у «минских соглашений» была. Но тем не менее, как я понимаю, наши правители тоже осознают, что придётся идти на некие уступки. Мы видим, что озвучивает тот же Арестович (признан террористом и экстремистом в РФ – прим.ред.) сейчас на Украине. И голоса, подобные ему, звучат всё громче. В западных странах далеко не все готовы поддерживать Украину и глобалистов в этом противостоянии. Если наша армия будет продолжать добиваться успехов, то это будет приближать мир.

С другой стороны, мы видим, какие законы принимаются сейчас на Украине: о тотальной мобилизации, в том числе инвалидов, а это значит, что кураторы Украины готовы воевать буквально «до последнего украинца». Просто так режим Зеленского сдаваться не намерен. Потому что Зеленский понимает, что он списанный материал, и у него нет другого выхода, как играть в президента до полного краха проекта «Украина».

Поэтому, хоть мы видим тенденции выхода на какие-то мирные соглашения, но с другой стороны, Украину пытаются толкнуть на самоуничтожение путём войны до последнего её жителя.

Ну и добавлю, что мы, русские патриоты, активисты, депутаты ждём, что Россия продолжит свой путь к преображению во всех сферах жизни. Особенно нуждаются в корректировке основы государственной политики. Очень хорошо, что объявлен Год Семьи. В наступившем году, мы очень надеемся, будут приняты законы о статусе многодетной семьи, изменится концепция, и быть семейным человеком, рожать детей станет вновь престижно. Мы, надеюсь, увидим изменения в государственной политике, изменения в обновлении элит. У нас сейчас поколение и воинов, и интеллигенции, и культурных деятелей, которые проявили себя после начала СВО – на всё это сообщество может опереться наш президент и продолжить те реформы, которым многим не нравятся внутри российской власти.

Мы выбрали свой путь, и с Божьей помощью мы должны его пройти, чтобы возродить Россию как великую страну, воссоединить все наши земли, всех наших людей и быть для всего мира оплотом традиционализма и наших православных христианских ценностей, которые во многом забыты, попраны в государствах Европы и Запада в целом. Я вижу, что у России есть шанс стать центром притяжения для здравых сил со всего мира. Надеемся, что эта работа будет продолжена. На нашем местном уровне мы поддерживаем все инициативы нашего президента, и готовы сделать всё, что от нас зависит для Победы и возрождения нашего Отечества.

 

* запрещённая в России террористическая группировка

Источник: argumenti.ru